Трое

Его манера вождения походит на него самого: он лениво вращает руль, всю дорогу удерживая одинаково быструю скорость, и кажется, попадись на его пути препятствие, не поведя бровью, его переедет.

— Тебе не обязательно заезжать во двор… — договаривать фразу не имеет смысла, потому что Руслан уже коротко сигналит охраннику, чтобы тот запустил нас в ворота.

Машина останавливается рядом с подъездом, и я обхватываю ручки своей сумки. Поблагодарить, улыбнуться и уйти.

— Спасибо, что довез, — развернувшись вполоборота, я смотрю на Руслана, отчаянно желая, чтобы в финальные секунды ничто в его взгляде не дало понять, что он помнит о недавних инцидентах.

Его глаза быстро пробегаются по моему бедру, где, скорее всего, задралась юбка, и возвращаются на уровень переносицы.

— И даже не предложишь подняться на кофе?"

"Мысли начинают лихорадочно метаться в голове. Он хочет пойти со мной? Как это понимать? Всегда вел себя так, словно мое общество его тяготит, а сейчас довозит меня до дома и напрашивается на дружеские посиделки? Что это: белый флаг, или проверка, пущу ли я его в дом без Мирона?

— У тебя уже есть кофе, — я киваю на подлокотник с воткнутым в него стаканом. Интуиция подсказывает поступать так как чувствую, то есть не находиться с другом Мирона наедине в его отсутствие. Возможно, это эхо моего консервативного воспитания.

— Ты не слишком гостеприимна, — замечает Руслан, не делая попытки смягчить сказанное улыбкой. Он словно задался целью меня подавить или даже запугать: его взгляд не покидает мое лицо ни на секунду, в чертах застыло немое требование, и следующие слова мне приходится из себя выпихивать:

— Всегда рада видеть тебя в гостях, когда Мирон будет дома. Еще раз спасибо, что довез, Руслан.

Я нащупываю позади себя ручку и буквально вываливаюсь из машины. Под кожей пульсирует волнение, сердце бешено колотится. Как ему удается так на меня влиять?

— Напоминаю, что жду вас с Мироном в пятницу, — вылетает из приоткрытой двери. — К вопросу о том, что я тебя недолюбливаю.

Глава 8

— Кого еще пригласили? — интересуюсь я, глядя, как Мирон укладывает в багажник бумажный пакет из винотеки. — В смысле, мы же там будем не одни.

— Я не уточнял, но, думаю, ты всех знаешь. Рус левых к себе домой приглашать не станет.

Собственное волнение меня одновременно злит и забавляет. Нам предстоят обычные пятничные посиделки за городом, каких была уже сотня, а я подготавливаю себя к ним, как к какому-то значимому событию.

— Вы с Русланом давно дружите, да? — спрашиваю, когда как мы встаем в очередную пробку на МКАДе. Мы одни из многих, кто торопится покинуть город на выходные.

— Родители общались, и детьми нам, вроде как, тоже приходилось.