Трое из Леса. Вторая трилогия

Вот он, лаз, но даже с узкими плечами старика туда не пролезть, а уж с его раменами, разнесенными в стороны…

– Надо попробовать, – сказал он раздумчиво, – надо попытаться…

Старый волхв отшатнулся:

– Варвар, ты в своем уме?

– Нет, конечно, – удивился Мрак. – Кто в своем уме, тот дома сидит. Давай так: если я сумею добраться до той книги, то она моя.

– Варвар, ты в самом деле не в своем уме!

– Я ж не спорю, – снова согласился Мрак. – Договорились?.. У меня друг есть, тоже волхв. Я достану для него ту книгу, а у тебя гора с плеч, ибо я ж вижу, ты колотишься, как козел о ясли, уже из упрямства.

Понятно, любому мужику обидно, что перед ним что-то стоит, не гнется. Тебе уже не книга нужна, они все одинаковые, а тебе победа нужна! Правильно я понял?

Он ударился оземь, взвыл, угодив голым локтем в камень, вой перешел в волчье рычание, и перед устрашенным колдуном поднялся могучий волк, страшный, свирепый, с огромной головой, глаза горят голодным огнем, в пасти зубы, белые и острые…

Глава 34

Волк рыкнул, встал на задние лапы и попытался пролезть в щель. Голова застряла, он пыхтел, напрягался, под густой шерстью волнами ходили тугие мышцы, даже заскулил, но голову кое-как протиснул.

Затем с усилием протискивался весь, кости хрустели и сдвигались с мест, но старик со страхом и восторгом видел, что волк до половины уже протиснулся, а с волками известно, что если голова пролезет, то и весь зверь проберется.

Наконец остался только поджарый зад и толстые лапы, напоследок вильнул хвост, и волк исчез. Старик метнулся к дыре, приник, но по ту сторону свет не проникал, в полной тьме он услышал мягкие прыжки волка, потом затихло… И затихло надолго.

– Ты живой? – позвал он дрожащим голосом.

 – Кто бы ты ни был, незнакомец… Откликнись!

Ответом была тишина. Потом мягкие прыжки послышались снова, приблизились. Что-то стукнуло, был стон, ворчание, в темноте кто-то возился, тяжело дышал. Наконец загрохотало, словно этот невидимый отодвигал засовы по ту сторону незримых ворот.

По стене пробежала вертикальная трещина. Пахнуло могильным холодом, перед устрашенным старым колдуном начали открываться исполинские врата. Не комнатушка – за вратами медленно открывался необъятный зал, высеченный в самой горе, но умело отделанный драгоценными камнями, златом и неведомыми металлами.

Теперь свет проникал в потерявший чары зал свободно, колдун увидел далеко, в самом центре, небольшой стол на высоких изящных ножках. Там было пусто, а из-за створки ворот вышел чудовищно мускулистый человек, лохматый и голый, в правой руке небрежно держал книгу, а левой, жутко перекосив и без того страшную рожу, с наслаждением драл левый бок крепкими ногтями, больше похожими на когти.

– Всегда потом чешусь, – объяснил он доверительно.