Трое из Леса. Вторая трилогия

"

"Таргитай счастливо оглядывался, женский призрак рассеяло ветром от крыльев Змея, но даже если бы не рассеяло, их уже не догнать, не догнать!

Лес стремительно таял внизу, постепенно измельчался, отдаляясь, пока не превратился в густую траву с редкими проплешинами. Виднокрай отдалился, мир стал пугающе велик, даже необъятен. Далеко на востоке сверкали вершины гор, но основания были чернее угля.

Огромная голова Змея, приплюснутая, как каменная плита, рассекала воздух, как наконечник исполинской стрелы. Волхва трепало ветром, он скрючился, на загривке нет могучих игл хребта, держался как-то ногами, защемив их в щелях между костяными плитами, лицо прикрыл ладонями, лишь между растопыренными пальцами изредка посматривал, как и куда летят.

Таргитай беспечно рассматривал толстые удивительные иглы, Мрак терпеливо сносил напор ветра, как вдруг сквозь свист и рев ветра прорезался встревоженный голос волхва:

– Мрак, Тарх!.. Будьте наготове.

Ветер почти стих, Мрак понял, что Змей уже не ломится через стену воздуха, как летящая стрела, а летит мирно, как ворона, мерно шлепая по воздуху крыльями. Взбитые, как пена на молоке во время дойки, облака двигались низко, Мрак чувствовал, как намокают волосы, зато серо-зеленая земля выгибалась, как кошка, далеко внизу, только его острые глаза различали за раздувающимися боками Змея отдельные деревца, а для Тарха и Олега все это зеленая каша…

Наконец он понял, на что указывал Олег, даже подивился его зоркости.

Им наперерез, пока еще далеко, неслась целая стая. Не гусей, не уток – летели Змеи. Впереди ломился могучий Горыныч, рога на укрытой костяным панцирем голове, весь в толстой броне из темно-зеленых чешуек, а гребень на спине вдвое выше и острее, чем у этого, на котором сидят. Хвост тянется по ветру не длинный, тоже укрытый толстой чешуей, а на конце массивная костяная булава с острыми шипами. От тяжести пыталась опуститься, но поток воздуха заставляет ее держаться строго за туловищем летящего зверя.

За вожаком летели трое Змеев, почти таких же лютых и могучих, то ли сыны, то ли претенденты на место вожака и на всех молодых Змеюк. Дальше клином расходились вперемешку молодые крепкие Змеи и Змеихи, тех отличал по скромной чешуе и отсутствию шипов на спине… ага, иначе останутся на всю жизнь яловыми, кто на такой женится, но, замыкая оба конца клина, мерно и скупо работали крыльями два старых могучих чудовища, даже постарше вожака, разве что больше битые как жизнью, так и другими Змеями.

Мрак вытащил из петли секиру, изготовился драться одной рукой, но со страхом видел, что боец из него никудышный, зря не привязался к гребню.

Таргитай спросил глупо:

– Будем драться?

– Нет, только раскланяемся, – ответил Мрак зло.

С дурнем еще хуже, подумал Мрак.