Трое из Леса. Вторая трилогия

Но свет от нее шел настолько чисто-белый, не по-земному чистый, что даже Таргитай все понял и прошептал раздавленно:

– Род… великий Род опускается на суд…

– Не успели, – сказал Олег отчаянно.

– Все потеряно, – сказал Мрак. – Так что мы теряем?

Он выпрямился, плечи расправились. В запавших глазах блеснула дикая удаль. Жилистые руки медленно потащили из перевязи гигантскую секиру. Олег отшатнулся, сказал предостерегающе:

– Мрак! Не сходи с ума.

– А что теряем? – повторил Мрак. Глаза зацепились за сверкающий свет первотворения и уже не отрывались. – Все одно нас либо съедят, либо заставят икру метать.

Он перехватил секиру поудобнее, вздохнул поглубже. Грудь раздвинулась до треска волчовки. Он нагнул голову, взрыкнул, его тряхнуло, сильные быстрые ноги понесли вниз по склону. Таргитай, не раздумывая, помчался следом, как волчий хвост за хозяином. Олег неумело выругался, в груди страх и отчаяние, еще не понял, как поступить правильно, а под ногами уже замелькали камни, а воздух с каждым шагом тугой горячей волной давил в лицо, останавливал, и приходилось ломиться через накаленный мир…

Впереди дико заорал Мрак.

Его страшная секира замелькала во все стороны, взлетели первые зеленые брызги, затем все трое ломились через чавканье, плеск, ступни скользили по мерзкой слизи, гадостные брызги были на лице, залепляли глаза, а ладони скользили по рукоятям.

Перед ним расступались, как колосья расступаются под ударами косы, и он понял, что быстро и страшно бьет посохом, догоняя Мрака с Таргитаем. Это было дико, неправильно, из его раскаленного рта вырвалось хриплое:

– Мрак… все бесполезно…

– Знаю!

– Довольно… Я больше не могу…

В синеве неба видели, как сияние разрослось, стало немыслимым, охватило весь мир, весь белый свет.

Засветилась всеми цветами радуги каждая песчинка, мелкие камушки блистали, как драгоценные, все травы светились изнутри, стали видны идущие от земли соки, а в пролетающих бабочках, стрекозах заметно, как бьются крохотные сердца… И так видно на сотни верст, на тысячи, и каждый, задыхаясь от обилия хлынувшего в него океана образов, мог видеть на краю света одинокого кузнечика, слышать его грустную песенку, видеть каждый шип на лапках, сеточку на тонких перламутровых крылышках…

– Все, – мертво выдохнул Олег.

 – Великий Род… сошел на сотворенную им твердь.

Спины Мрака и Таргитая раскачивались, но удалялись, и он заставил измученное тело двигаться за проклятыми друзьями, немыслимо тупыми, еще не понявшими, что Род уже на земле, уже в окружении своих созданий: леших, великанов, горных рудокопов… и что там для людей места нет… и не было.

Сияние вспыхнуло ярче. Он помертвевшим сердцем понял его суть, вскрикнул отчаянно:

– Мрак, Тарх!.. Остановитесь!..