Трое из Леса. Вторая трилогия

Он помедлил, не хотелось выпускать на свободу убийц невинных людей или насильников.

– Эй, ты! За что тебя?

Худой мужик со злым лицом огрызнулся:

– Да ни за что!.. У тещи кровь носом пошла, так я ей горло зажал, чтобы кровь остановить.

– Выходи, – разрешил Мрак. – А ты, толстяк?

– Когда я задумал обворовать этот дворец, то целый месяц таскал жареную печенку сторожевому псу. Сам не ел, а ему, паразиту… Прикормил, встречал лучше, чем хозяев. Ночью пролез во дворец. Втихую открыл сундуки с золотишком. Сложил в мешок… Еле на спину вскинул! А когда повернулся уходить, наступил коту на хвост…

– Выходи! А ты почему здесь?

Молодой парень с бледным лицом и жалкими глазами заторопился, начал заикаться, покраснел, смотрел умоляюще.

Мрак прервал нетерпеливо:

– Брось волноваться. Расскажи по-человечьи.

Тот перевел дух, сказал жалобно:

– Сам не могу понять! Я сидел и чистил ножом яблоко. Тут проходил один дурак, поскользнулся на корке и упал прямо на нож.

Мрак смотрел с интересом:

– Сколько раз подряд?

Тот потупился, поковырял носком каменный пол:

– Четыре…

– В самом деле дурак, – согласился Мрак.

 – Из-за такого не то что в тюрьму, в могилу угодишь… Выходи. Эй, а ты за что здесь?

– Убил глухую старушку. Спала в соседней комнате со скрынькой, в которую я хотел заглянуть.

Мрак сказал осуждающе:

– Тебя на кол посадить мало. Зачем же так? Надо было своровать, раз уж так невтерпеж, да уйти потихоньку.

– Я и хотел так сделать! Но на скрыньке было написано: «Открыть только после моей смерти!»

– А-а, – понял Мрак. – Тогда другое дело. Старших слушаться – первое дело. Выходи. Дурень этот Додон!

Он наскоро провел еще отбор, гнусных убийц и насильников оставил, невинных выпустил, указал дорогу, а сам поспешил тайным ходом наверх.

К его изумлению, тот вывел его на чердак. Выше была только крыша под звездным небом, но лаз на чердак оказался закрыт на прочный засов и заперт пудовым замком.

Мрак взгромоздил на стол табуретку, взобрался и внимательно ощупал потолок. Человечьи пальцы подтвердили то, что уже услужливо сообщил волчий нос. Лаз есть, но открыть можно только с той стороны. Не пользовались им с полгода, если не больше.

Веревку он, чтобы долго не рыскать, взял в чулане Ховраха.

Опасаясь, что коротковата, осторожненько снял со спящего Ховраха его широкий пояс, довязал. Ховрах в поясе весьма дебел, его поясом можно опоясать сторожевую башню средних размеров. А когда хорошо поест, то и главную башню."

"Взобравшись на верхний поверх, выглянул из окна. Ночь черна, как сажа в дымоходе, редкие звездочки тут же исчезают под натиском сытых стад туч. Бесшумно пролетела сова, обдав его неслышным движением воздуха. Далеко в ночи закричал горный зверь, в ответ завыли далекие голоса.