Трое из Леса. Вторая трилогия

Горный Волк еще хохотал, когда Мрак оттолкнулся от стены. Он сам чувствовал, как его движения замедлились из-за ран и секира вместо того, чтобы ударить противника в лоб, лишь скользнула по блестящему панцирю. Все же Горный Волк сделал несколько поспешных шагов назад, чтобы устоять на ногах. От неожиданности ахнул, а из артанцев кто-то одобрительно присвистнул:

– Этот лохматый чего-то стоит…

– Стоит того, что о нем рассказывают, – добавил второй.

Горный Волк пригнулся, глаза его, как два отравленных кинжала, уперлись в лицо Мрака:

– Ты умрешь не сразу! Я брошу тебя в пыль с перебитыми ногами и руками…

С ревом он обрушивал тяжелые удары, стараясь сокрушить, повергнуть, вбить противника в землю.

Кисти рук Мрака занемели, он едва удерживал секиру обеими руками. Рана на лбу открылась, соленое чувствовал и на губах, а Волка видел сквозь красный туман.

Он с трудом увернулся от разящего меча, ударил Горного Волка. Тот лишь оскалил зубы, Мрак едва успел заметить над головой блеск металла и, даже прикрывшись секирой, ощутил, как она рухнула ему на голову. В глазах вспыхнули звезды. Он упал на спину, сквозь кровавый туман в глазах видел, как надвигается чудовищная фигура, видел злую усмешку на отвратительном лице, видел, как поднимается меч для последнего удара…"

"В последний миг отчаянно дернулся вправо, лезвие ударило в камень, оглушив визгом металла по камню.

Бок опалило болью. Он с трудом поднялся на колени, выдержал удар меча, выставив обеими руками над головой секиру, руки онемели по локти, кое-как поднялся на ноги, и тут же страшный удар бросил его на землю. Он ударился головой о каменную стену. Волк с ревом надвигался, Мрак закрылся секирой, выдержал еще пару ударов, в ответ сумел ударить сам, смутно слышал чей-то крик, но тут же опять упал. Он поднялся, и снова в голове взорвалось от грохота и жуткой боли.

Он все поднимался, избитый и окровавленный, и в толпе потрясенно молчали. Наконец поднялся с выщербленной секирой только в одной руке, а другая, залитая кровью и обезображенная, бессильно висела вдоль тела. Кто-то из артанцев не выдержал:

– Такого бы да на нашей стороне!

– Да уж…

А Шулика пробормотал:

– Это мы можем быть на его стороне или не на его.

Когда Мрак поднялся в десятый или одиннадцатый раз, среди артанцев пробежал говор:

– Он из бронзы, что ли?

– Куда там бронзе… уже б сломался.

– Что за… человек ли вообще?

– Человек, – ответил голос Шулики. – Как раз он – человек.

Мрак тряхнул головой, и капли крови на мгновение очистили взор. Волк надвигался ухмыляющийся, огромный, несокрушимый. Внезапно к Волку сзади подошел Шулика. Рука артанца властно схватила Горного Волка за плечо:

– Погоди!

Волк раздраженно дернул плечом:

– Чего еще?

– Мои воины требуют жизни для этого человека.