Трое из Леса. Вторая трилогия

Когда Мрак со свитой проходил, все кланялись, кто низко, кто не очень, а один и вовсе остался недвижим, смотрел на него опасливо, но с наглым видом. За его спиной трое в таких же одеждах, родня или клан, даже рожи похожи, явно родня. Мрак впился в него глазами, стараясь понять, в чем же отличие, успел заметить, что в глубине глаз этого храбреца мелькнуло беспокойство.

Он остановился, поинтересовался:

– Что случилось, спина болит?

Придворный шелохнулся, даже скосил глаза в стороны родни. Те подперли его сзади, он вздохнул свободнее.

– Да нет, – ответил он, – спина у меня в порядке… Я ведь ее не гну, наблюдая за звездами!

В толпе придворных послышались приглушенные смешки.

Мрак ощутил, как нечто закипает внутри, но пересилил себя, спросил почти ласково:

– Так почему ж не кланяешься тцару? Это неуважение.

Придворный, введенный в заблуждение почти просительным тоном, подбодрился и сказал громко:

– Да вот вчера выяснили, что мой род выше твоего!..

Горячая волна ударила из сердца Мрака в руки и ноги. Он сказал громче, но все еще ровным голосом:

– Отныне… ниже!

Он схватил его обеими руками и швырнул через зал в направлении распахнутого окна.

Хрустнуло, в светлом проеме мелькнуло темное на светлом небе тело, исчезло. Без крика. На раме осталось красное пятно, струйки крови поползли по стене к полу.

В полной тишине Мрак отряхнул руки, кивнул Аспарду на троих замерших родственников:

– Этих взять, свести в подвал и срубить головы. Нет в Барбуссии рода более знатного, чем тцарский.

Аспард, такой же ошеломленный, как и все в зале, пошевелился, осипшим голосом вскрикнул:

– Стража!.. Этих взять… И вон того, куда прячешься? В подвал всех, стеречь!

Но казнить не велел, отметил Мрак одобрительно.

Полагает, что тцар лишь пугает. Хотя он и собирался лишь пугнуть, а впрочем, почему в самом деле не срубить головы тем, кто сеет смуту? Все меньше крови, чем потом утихомиривать бунт…

Он кивнул, двинулся через зал снова такой же надменный, величественный, с неподвижным лицом. Между придворными шла, как он заметил, молчаливая борьба за место ближе к тцару. Даже по дороге к следующему залу все стараются почаще попадаться ему на глаза, будто от этого зависит количество полученных пряников.

«А может, – подумал он, – и зависит. Только у меня все наоборот: чья рожа дольше мелькает в поле зрения, в ту больше хочется двинуть».

Охрана выбежала далеко вперед, дорога расчищена, как к выходу из дворца, так и дальше, чуткие уши улавливают резкие отрывистые выкрики начальника стражи. Если есть посетители или просители у ворот дворца, сейчас их оттесняют на расстояние, чтобы никто не добросил камнем…

Стражи распахнули двери в тронный зал.