Трое из Леса. Вторая трилогия

Три года подряд его одногодки, а потом и те, кто моложе, проходили испытание перехода из подростков в мужчины, а он позорно не выдерживал, оставался на следующий год, потом еще на следующий, пока не изгнали из племени вовсе…

Первый парень не мог даже пошевелить губами, только глаза тупо следили за руками чужака. Таргитай перепилил лыковую веревку на руках и ногах, затем только догадался перехватить главную, на которой висел несчастный. Остальных троих освободил уже быстрее. Они долго лежали на земле, медленно приходя в себя, дышали тяжело, но Таргитай видел, как жизнь возвращается в их тела.

Первый наконец встал, медленно сделал шаг, держась за хижину, покачнулся, перевел дух, сделал еще шажок, уже увереннее…"

"Таргитай вздохнул, тихонько попятился. Земля ровная, как каменная плита, но он ухитрился споткнуться, а когда поднялся, перед глазами были только столбы хижин, уже не сухие, а покрытые мелкими капельками даже не росы, а той влаги, что, не дожидаясь дождя, выкарабкивается из воздуха и увлажняет лицо, одежду, стены.

Олег спал таким богатырским сном, словно не волхв, а тоже оборотень, только чуть помельче и рыжий.

Огромный валун все так же медленно поднимался и опускался на его груди. Похоже, тяжелый кулак нисколько не мешал спать безмятежно, словно и не волхв, что горами трясет, бедных зверей пугает.

Вздохнув, Таргитай тихохонько лег с самого краешка. В груди пели сладкие пташки вирия: он сумел заставить себя проснуться и встать среди ночи, он спас от мучений четверых парней… Его не спасли, а вот он, помня все, спас!

Гром прогремел глухо, гроза проходила стороной, но дождь застучал часто, торопливо, потом зашумел, словно по стенам и крыше разом забегали тысячи и тысячи крупных муравьев.

Два раза блеснуло так ярко, что Таргитай рассмотрел даже ресницы спящего Олега, потом блеск померк, начал удаляться, а вскоре и шорох затих, только воздух оставался чистым и свежим, словно гроза бушевала здесь долго и мощно.

Засыпая, он успел еще чуть погордиться своим подвигом, а затем провалился… нет, взлетел в сверкающие выси, где он был красивый, сильный и очень умный, где спасал, бдил, рассуживал, повелевал и всюду делал людей счастливыми. Даже когда те упирались.

Воздух был влажный, но утреннее солнышко быстро изгоняло сырь.

Ночью прошел дождь, даже не дождь, а так, дождишко. Мрак в проем видел мелкие лужи, в которых отражалось солнце. Люди их боязливо обходили, но что поразило и встревожило Мрака, так это ребятня, что при виде луж вовсе пряталась в хижинах, вместо того чтобы скакать козликами, разбрызгивая воду.

Снизу доносились встревоженные голоса. Он ловко спрыгнул, не обращая внимания на лестницу, под ногами чавкнуло. Не лужа, только сырость, но с его весом можно выжать воду даже из сухой земли.