Трое против Пинкертона

– Мы можем сказать всё как есть. Скажем, что девчонка ограбила банк, – предложил старик.

– Не думаю, что это вариант.

– Это почему же?!

– Эд, нас и так никто не любит, я имею ввиду охотников за головами, – сказал Том, – а тут мы приехали за головой красивой девчонки. Ничего он нам не скажет.

– Это кажется мне странным, но в этот раз ты прав, Том. Тогда я скажу, что я шериф, – после минутного раздумья предложил Эд, – содействие закону прямая обязанность каждого гражданина.

– Ты не похож на шерифа.

– Думаешь?

Том предпочёл дипломатично промолчать.

– Тогда мы в сделаем шерифом тебя. Нет слишком зелёный вид! Помощником шерифа. Нужно только купить где-то звезду.

Всадников, разглядывающих имение во все глаза встретила, вышедшая из дома женщина средних лет. Она была одета в длинное темно-серое платье. На плечах лежал шерстяной платок того же цвета, в который женщина куталась с недоверием осматривая непрошеных гостей. Поскольку они молчали, то женщина заговорила первой. Её низкий голос практически полностью сглаживал еле уловимый акцент.

– Добрый день, господа, что вам нужно? – взгляд блуждал между Томом и Эдом, пока с подозрением не остановился на последнем."

"– Вам тоже доброго дня, – начал незнакомец по моложе. Послушайте, я помощник шерифа из Санта-Фе, где недавно был господин Торотински, и мне необходимо получить от него сведения по одному делу.

– Его нет дома, – ответила женщина, поджав губы и демонстрируя этим своё отношение к собеседникам.

– А когда он будет? – спросил Том.

– Не знаю, он не докладывает мне своих планов.

– Тогда быть может Вы подскажите куда он поехал?

– Не подскажу! Это всё? – обрезала остальные вопросы женщина.

Том и Эд переглянулись. Старый ковбой приподнял шляпу и развернул коня. О'Лири молча последовал за ним. Женщина проводила их строгим взглядом, пока всадники не выехали за ворота.

– Не сработало, – сказал Том. Экая злюка, однако.

– Не сработало, – согласился Эд. Придется нам по очереди следить за воротами. Ты ночью, я днем. Потом поменяемся.

Так они и поступили. К дому вела одна дорога и можно было незаметно расположится за забором яблоневого сада, примыкающего к этой дороге. День шёл за днём, но никого похожего на хозяина усадьбы они не заметили. Тома утомили ночные смены, а Эд и не думал меняться с ним.

– Должны же быть у меня какие-то привилегии, в моём то возрасте, – сказал Эд Тому, когда тот попытался возмутиться.

Том только вздохнул и опять поехал на ночное дежурство. После нескольких безрезультатных дней, О'Лири не выдержал и сказал:

– А если он уехал? Снова в Нью-Мексико или в Лондон? Сколько можно здесь сидеть. Так может пройти целый год.

– Ты прав, но у нас только одна зацепка, этот поляк, – ответил Кукурузный Эд.