Трон императора

Огромные колонны, украшенные фигурами фасады зданий-дворцов, широкие лестницы, по ступеням которых лошади спускались, очень осторожно, аккуратно ставя ноги на шероховатый камень. Просторные улицы, чей покой нарушало цоканье копыт. Дворцы и храмы, храмы и дворцы, Древность и Вечность.

Но сын вождя взирал на погруженный во тьму город без благоговения. Что эти дворцы рядом с холодными синими пиками его родных гор? То же, что сами карнагрийцы – рядом с воинами клана Мечей. Как крыши, что выкрашены золотой краской поверх прогнивших стропил. Как тысячи законов и законников – чтобы скрыть отсутствие Закона в людях.

«Только женщины и хороши здесь,– думал Кэр.– Но женщины – не мужчины. У них другая твердость!»

– О чем ты думаешь, Змея? – спросил Кайр.

– Не называй меня так! – холодно сказал сын вождя.– Ты знаешь мое имя.

– Но Змея – сильное прозвище для воина клана! – возразил Кайр, которого высокомерное поведение сына вождя нисколько не сердило: только прирожденный воин и повелитель указывает тому, кто совсем недавно выкупил его из рабства.

«Сын мало похож на отца лицом! – подумал тысяцкий.– Но духом – истинный Хардаларул!»

– Да,– согласился Кэр.

– И прозвище мне подходит. Но ты – из моего клана!

– Понимаю,– согласился Кайр.

Они говорили на диалекте горцев Самери, весьма отдаленно похожем на карнагрийский. Но разговор их был понятен и трем наемникам, сопровождавшим Кайра, хотя только один из них был горцем – из клана Горы Ветров. И все трое не сомневались: не пройдет и года, как юный воин станет десятником. Если останется жив.

Они ошиблись. Кайр-Косогубый определил для своего родича особое место: рядом с собой."

"Это тешило тщеславие Кайра (сын вождя клана будет выполнять поручения воина-следопыта – таков был племенной ранг Кайра), и, что важнее, у тысяцкого появлялась возможность наставить юношу в боевом искусстве.

Взяв Кэра на службу, тысяцкий отлично понимал: за плечами юноши – племенная выучка и два месяца на Гладиаторском Дворе. И всё. Как боец он хорош, но воину полагается не только скакать на лошади и колоть копьем. Те времена давно минули. Воин должен уметь держаться в пешем и конном строю, мгновенно различать и исполнять сигналы, атаковать и защищаться на любой местности, разбираться в самой местности и во множестве батальных приемов. Если воин хочет когда-нибудь стать командиром. Алые Карнагрии многому научили варваров, век за веком отбрасывая беспорядочные тысячи грабителей от границ Империи.

Единственное, чему не научились у них наемники,– это безрассудному повиновению и упорству. Но, в конце концов, они были именно наемниками. Вместо повиновения и упорства им служила необузданная отвага и жажда добычи.

Пятнадцать лет прожил в Карнагрии горец из Самери Кайр-следопыт.