Трон императора

От него и к нему то и дело скакали гонцы. Андасан умело управлял битвой, но Фаргал знал: с Черными ему не справиться. В центре и на левом фланге пехота Фаргала в полтора раза превосходила противника по численности. Да и экипированы Черные лучше.

«Переслать еще несколько сотен вправо»,– подумал царь.

Ему было не оторвать глаз от своего врага. Как же Фаргалу хотелось добраться до бывшего командира Черных и лично проткнуть ему горло! Но сначала спросить, как мятежный военачальник ухитрился пробраться из Эгерина, через всю Карнагрию, сюда, в Реми. Явно его кто-то прикрывал.

Кто-то из сильных Владык. Чем больше Фаргал думал об этом, тем меньше это ему нравилось.

– Царь! – раздался рядом напряженный голос Бехера.– Взгляни, похоже, волки обложили Люга.

Фаргал мгновенно повернулся… И ужаснулся!

Выровненные совсем недавно ряды Черных в беспорядке отступали назад. Кое-кто даже пустился бежать. А ведь атакующих ремийцев осталось не больше восьми сотен против полутора тысяч пехотинцев Фаргала.

Царь быстро обернулся к магу. Но тот отрицательно покачал головой: никакого колдовства.

Но Черные «потекли», и численное преимущество больше не играло роли.

Однако побежали не все. Горстка Черных, человек двадцать, продолжала стоять. Этим бежать было некуда: их обложили со всех сторон. Среди окруженных каплей крови горели доспехи Шотара, а приглядевшись, Фаргал заметил и ныряющий вверх-вниз коричневый шлем сокта.

Ярость багровой пеленой застлала взор Фаргала. Он вырвал щит и копье из рук оруженосца.

– А-а-а! – заревел он и, даже не опустив забрала, ударил шпорами коня.– А-а-а!

Боевой жеребец царя, огромный, как носорог, зверь в сверкающих доспехах, снялся с места и, разгоняясь, поскакал вниз.

– Фаргал! Ха! Фаргал! – взвыл Бехер.

И двенадцать десятков царской стражи, сто двадцать Алых, понеслись вслед за своим государем.

Дикой радостью вспыхнули глаза Дарзара. Тысяцкий поднял тяжелое копье с золотым флажком, указал им: вперед!

И сплошная масса всадников в красных, будто окровавленных уже доспехах, сотрясая почву, взрыхляя ее не хуже бороны множеством подкованных копыт, перевалив через гребень холма, покатилась вниз.

Царь лишь на полсотни шагов опередил собственную охрану.

А его стража – на три сотни шагов опередила тысячу Алых.

Фаргал достиг первых бегущих. Те, мимо кого проносился огромный всадник, останавливались, оглядывались.

Вражеский воин, преследующий бегущего пехотинца, увидев Фаргала, развернул коня, потянулся, чиркнул мечом по белому наплечнику. Царь проскакал мимо, даже не заметив нападавшего. Все его мысли были устремлены вперед, туда, где, обложенный со всех сторон, бился Люг.

Ремиец поскакал следом, но куда ему было тягаться в скорости с жеребцом царя.