Трудное счастье

Папа был весьма бесхитростным человеком, и очень скоро я поняла, что в голове у него зреет какой-то касающийся меня и Рока план. Неужели он и впрямь решил, что Пендоррик сделает мне предложение? Может, у того действительно серьезные намерения и мой отец догадался об этом? А если я все-таки выйду за него замуж, то как быть со студией? Отец просто не справится без меня. Что случится с ним, если я действительно уеду в Англию?

Я была в полном смятении. С одной стороны, мне очень хотелось выйти замуж за Рока Пендоррика, а с другой — я не была уверена в его чувствах по отношению к себе. Кроме того, я просто не могла оставить своего отца одного. Но ведь когда я училась в школе, он два года оставался один, напомнила я себе. И сама же себя опровергла: посмотри, к чему это привело…

Наши отношения с Роком все еще оставались неопределенными. Он ни разу и словом не обмолвился о женитьбе.

Отец часто приглашал его поужинать с нами. Рок всегда охотно принимал эти приглашения с тем условием, что вино он купит сам. Я готовила омлет, рыбу, иногда даже мясо и йоркширский пудинг. Мы питались довольно хорошо, ведь, ко всему прочему, мать научила меня еще и готовить. У нас дома всегда подавалось что-нибудь из национальной английской кухни.

Казалось, Року нравилось бывать у нас, и он подолгу засиживался в студии, ведя с отцом разговоры за бокалом вина. Он рассказывал о себе, о своем доме в Корнуолле и, в свою очередь, задавал вопросы отцу. Так он быстро узнал о нашей жизни, о тех трудностях, с которыми нам приходилось сталкиваться, о том, как мы всегда старались побольше заработать во время туристского сезона с тем, чтобы продержаться потом, когда наплыв туристов спадет. Я заметила, что единственная тема, которой отец тщательно старался избегать, — это его жизнь до женитьбы. После нескольких неудачных попыток разговорить его. Рок отступился и больше не задавал вопросов, что само по себе уже было довольно странным, учитывая то упорство, с которым он обычно продвигался к поставленной цели.

Помню, как однажды, придя домой, я застала их за игрой в карты. У отца был вид заядлого игрока. Когда я видела его таким, мне всегда становилось страшно. Его напряженные, полные азарта глаза буквально полыхали голубым огнем. Щеки даже слегка порозовели от волнения. Увлеченный игрой, он едва повернул голову в мою сторону. Несмотря на то, что Рок, поднявшись с места, приветливо поздоровался со мной, он, судя по всему, тоже был полностью поглощен игрой. Так значит, он тоже игрок, подумала я.

— Не волнуйся, Фейвэл не помешает нам, — заверил отец гостя.

Глядя Року прямо в глаза, я холодно спросила:

— Надеюсь, ставки не слишком высоки?

— Не забивай свою прелестную головку подобными проблемами, моя дорогая, — возбужденным голосом пробормотал отец.