Царь нигилистов 5 (СИ)

Правый берег Койсу был взят, и тогда восстановили разрушенный горцами Сагритлохский мост, по которому потом переправились остальные войска Дагестанского отряда.

Появление русских на правом берегу реки произвело полный переворот во всем Дагестане. Население, составлявшее надежную опору Шамиля, обратилось против него. Большая часть прежних сторонников отказывалась вступать в бой с русскими, бросала оружие и расходилась по домам.

Были беспрепятственно заняты главные аулы в долинах рек Аварского и Кара-Койсу. Жители встречали русских как избавителей от тяжелого гнета мюридов. Крепость Улу-Кала, которую годами не удавалось взять штурмом, сдалась добровольно и была занята русскими войсками.

Горцы, насильственно переселенные Шамилем на правую сторону Андийского Койсу, просили помощи императорской армии, чтобы вернуться в родные места. И русские отряды прикрывали движение переселенцев с их семьями, с домашним скарбом и скотом.

Местные жители, скрывавшиеся в горных пещерах, покидали свои временные убежища и переходили под покровительство русских войск.

В несколько дней императорская власть водворилась во всей стране между Андийским и Аварским Койсу. Везде восстанавливалось подавленное мюридизмом народное самоуправление.

27 июля был подписан главнокомандующим Барятинским приказ по армии: «Сегодня доношу я Государю императору о покорении Его державе Аварии, Койсубу, Гумбета, Салатавии, Андии, Технуцала, Чаберлая и других верхних обществ. Благодарю войска Дагестанского и Чеченского отрядов, всех, от генерала до солдата, за столь радостную весть для сердца возлюбленного Монарха. Особенную мою признательность объявляю генерал-адъютанту барону Врангелю и генерал-лейтенанту графу Евдокимову».

Донесение от 27 июля о переправе Дагестанского отряда через Койсу, о занятии Аварии, об изъявлении покорности большею частью Дагестана, отправленное с адъютантом князя Барятинского Шереметевым, дошло до Петербурга 6 августа.

«Возлюбленный Монарх», то есть папа, был более чем доволен. И двор вполне разделял его чувства.

Только Саша не спешил радоваться успехам русского оружия, ибо знал, что родина не всегда бывает права.

Ситуация была сложной, и Саше надо было выработать правильное к ней отношение. С одной стороны, имамат Шамиля был явной формой национально-освободительной борьбы чеченского и дагестанского народов. А национально-освободительная борьба против всяких зарвавшихся империй — это более, чем правильно. И тогда Родина неправа.

Но, с другой стороны, имамат Шамиля был формой мерзейшей исламской теократии. А борьбу за исламскую теократию ну никак нельзя считать борьбой за свободу.