Целительница моей души

Следом вышло четверо мужчин в незнакомой мне форме, занесли две дорожные сумки и сундук, поставили в шаге от портала, поклонились нам с Кейденсом — или только ему, я-то выглядывала из-за его плеча и могла ими быть незамеченной, хотя вряд ли, учитывая пышные юбки, — и ушли порталом обратно. Скорее всего, слуги губернатора, кравенийцам с корабля сойти не разрешили, а тащить багаж самим — не королевское дело.

Первая моя мысль при взгляде на давнего знакомого — возмужал. Ещё бы, я-то запомнила его подростком, только превращающимся в юношу, а теперь перед нами был мужчина под тридцать. Обведя взглядом комнату, Эймереннитор обнаружил меня, уже наполовину высунувшуюся из-за спины мужа, и в его глазах мелькнуло сначала узнавание, а потом заметное облегчение и даже радость.

— Благодарю вас, ваше величество, за то, что разрешили нам посетить вашу страну, — он поклонился Кейденсу, хотя статус у них был равный, и этикет приписывал лишь наклон головы, именно этим мой муж и ответил."

"— Мне передали, что у вас что-то очень важное и неотложное, — в ответе мужа явно слышался вопрос и лёгкое нетерпение. — Мы оставили гостей, поэтому…

— Да-да, конечно, — Эймереннитор кивнул, а потом вдруг выставил перед собой девушку, которая всё это время крепко цеплялась за его локоть. — Ну же. Вот она, перед тобой, живая и здоровая. Не бойся, моя хорошая, всё позади.

Я ничего не поняла, Кейденс, кажется, тоже, а судя по тому, как напряглись его мышцы, он не знал, чего ожидать, но приготовился к любому развитию событий, даже к нападению.

Королева — а кто же ещё? — сделала к нам пару неуверенных шагов, остановилась, а потом откинула капюшон плаща, жадно вглядываясь в моё лицо. Я ответила тем же — любопытно ведь. Девушка выглядела совсем юной, но если она сильный маг, то ей могло быть и двадцать, а то и больше. Невысокая, хрупкая, голубоглазая блондинка, она смутно мне кого-то напоминала. Её лицо искажала гримаса, словно она пыталась одновременно и улыбнуться, и сдержать слёзы. Последнее, кстати, у неё не очень получалось.

— Мелли? — шепнула она, и я вцепилась в руку мужа, потому что ноги вдруг отказались меня держать.

Нет, это невозможно! Лишь один человек на свете звал меня так, но она же умерла! И в то же время, вот она, стоит передо мной, повзрослевшая, но всё такая же родная, всё так же морщит нос, когда плачет, и крохотная родинка в уголке левого глаза, и моё имя…

— Эйтина? — шепнула я в ответ, уже понимая, что да, чудо всё же случилось.

Не знаю, кто из нас сделал первый шаг, но мы столкнулись на полпути, вцепились друг в друга, захлёбываясь в рыданиях, а потом опустились на ковёр, потому что потрясение забрало все силы.