Целительница моей души

Поскольку занятия были не индивидуальные, то и стоили уроки такого педагога в разы меньше, чем у частного учителя, к тому же, как и в случае с академией, занятия особо одарённых детей оплачивала корона — кажется, здесь тоже получится сэкономить.

Пока я колдовала над больной ногой мистера Тилера, онт принёс учебники и тетради и показал, что они с братом и сёстрами сейчас проходят. В итоге мы договорились, что в понедельник детям нужно будет прийти в школу, прихватив свои документы, старших возьмут в один класс, близнецов в другой, годом младше, а так же троих будут обучать маги нужной специализации, счёт за это мне выставят позже."

"Как я и опасалась, учителя для Бейла в школе просто не было. Портальный дар очень редок, особенно среди простолюдинов, которые составляли большинство учеников школы. Были там и дети обедневших дворян, но даже среди них сейчас не было ни одного портальщика. По словам мистера Тилера, на его памяти в школе училось лишь четверо ребятишек с таким даром, и у всех он проснулся позже, чем магия других учеников, и был таким слабым, что до поступления в академию никакие отдельные уроки этим детям были не нужны, только общие, по контролю над магией.

Именно это и готовы были предложить Бейлу, в остальном — увы. Хорошо, что я уже договорилась с брюнетом, будет у моего мальчика учитель. В крайнем случае, найму какого-нибудь частника, возможно даже — преподавателя из академии. Но это потом, пусть сначала брюнет отработает лечение мною его друга или родственника. А до этого времени Бейлу не помешают и обычные школьные уроки, тем более что у меня сейчас совершенно не хватает времени на занятия с детьми, еле успеваю у Ронта уроки проверить, а он уже у младших проверяет.

После обеда пришёл мужчина средних лет с рукой, обмотанной окровавленным полотенцем. Остальные больные его даже вне очереди пропустили. При разматывании полотенце оказалось практически чистым, измазан кровью был лишь верхний слой, рука тоже была целой, а вот на большом пальце другой обнаружился небольшой порез, уже почти затянувшийся. Видя моё недоумение, мужчина представился — Нит, лавочник и муж Мелы.

— Жена сказала, чтобы я в вам зашёл насчёт… что она здорова, и, наверное, это я… Матушка уехала к сестре, и я сразу к вам. Но она же узнает, спросит, зачем ходил. А так — он кивнул на испачканное полотенце, — скажу, руку порезал, да и говорить не придётся, ей еще и раньше меня подруги доложат. Ну и… вот…

Я быстренько залечила порез на пальце — не оставлять же улику, — а заодно и остальную диагностику провела. Да, моё предположение оказалось верным — виноват в бесплодии был именно муж, а не жена, хотя традиционно именно женщин винили, если в семье не было детей.