Цена измены. Я не вернусь

 – У меня в подъезде на пятом этаже квартира продается!"

"Если бы я тогда знала, чем закончится наше соседство с подругой никогда бы  не подпустила ее к нашей, теперь уже же в скобках, семье.

В мыслях картинка за картинкой мелькали кадры из прошлого, которые я не хочу вспоминать, но они навязчиво врываются в голову без разрешения: вот мы стоим на пороге квартиры, не новой, но трехкомнатной. Мне тогда квартира не особо понравилась, но то как Алиска с придыханием и восторгами рассказывала, как нам будет здорово жить по соседству, как будем ходить чаще в гости к друг другу и не придется торчать в пробках лишний раз.

Да и вообще, когда рядышком живут близкие люди – это всегда здорово и круто! И я прониклась. Только … кто бы знал, каким боком выльется мне мое малодушие спустя несколько лет, когда вернувшись из командировки, я застану в своей постели мужа и лучшую подругу.

В груди зашевелилось что-то темное и нехорошее. Дрянь. Обманщица. Предательница.

С силой поставила кружку на стол. Жидкость из нее тут же выплеснулась на поверхность.

В груди что-то треснуло и на сердце повеяло морозцем, остужая разгоряченную кровь.

Ладно, хорошо! Нужно, же как-то посмотреть на всю ситуацию и с другой стороны, с их, – рассуждаю про себя, о поступках некогда самых близких мне людей, пытаясь тем самым понять их мотивы.

Напускной объективности хватило ненадолго. А точнее на первых пару здравых предположений, когда я стараюсь мысленно встать на место моего уже теперь бывшего мужа. Ну, с ним все довольно понятно и просто: мужик, он и в Африке – козлина гулящая, на что позарился – тоже понятно – Алиска красавица, да еще и богачка.

Бумер шестой ей достался от мужа, и  в гараже она держит свою крошку-малышку Аудио-кабриолет. Я в них сильно не разбираюсь, но Лиска сказала, что стоит она столько, что вслух страшно произнести. Этого достаточно для того, чтобы понять ценность этой машины. Отрываю кусок бумажного полотенца, накрываю им сверху мокрое пятно. Допускаю, что надоело моему благоверному прозябать со мной в постоянной денежной яме и он решил поискать жизни послаще. А зачем кого-то искать на стороне, когда вот она – Алиса готовая. А чтоб ее привязать к себе наверняка,  он заделал ей ребенка. Гад.

В груди закручивает снежные вихри ураган. Меня пробирает озноб, в то время, как мозг начинает плавиться от безумных мыслей-образов.

Нет! Не могу думать о них. И уж точно не могу даже мысленно представить для них оправдания. Предатели! Им нет прощения.

Спохватившись, я выливаю чай в раковину и стремительно шагаю в гостиную. Собираю необходимые вещи. Прибираю беспорядок. Собираюсь с мыслями и с волей, – мне нужно вернуться домой.