Цена измены. Я не вернусь

Качнув головой, постаралась отстраниться от мыслей о Вадике. Не хочу сейчас о нем думать.

– Извини.

Герман помогает мне забраться в машину. В салоне тепло и хорошо пахнет. Сам же он обходит авто и я честно думала, что он займет место рядом с водителем, но нет… мужчина открывает заднюю дверь, усаживается рядом со мной. Он такой большой, что кажется будто он занял собой все пространство. Я подглядываю за ним из-под полуопущенных ресниц. Мне крайне неприятно, что во всем, что происходит между мной и мужем, участвует Герман. Я чувствую, что он заглядывает туда, куда мне бы не хотелось пускать посторонних.

Все же семейные дрязги – это нечто личное. А в нашей ситуации с Вадимом будто грязное белье вываливается наружу и каждый, кому не лень, может в нем поковыряться.

Все выходки Вадима, такие мерзкие и нечестные по отношению ко мне, что кажутся, будто каждый раз он на меня ведро помоев выливает, а все потому, что я оказалась не готова к той его стороне, которой он ко мне повернулся. Его подлость была для меня полной неожиданностью.

– Ася, – вдруг моего лица касается горячая ладонь Германа, и его палец скользит по моей щеке, я ощущаю, как он оставляет после себя влажный след.

Я плачу?!

Черт! Почему мне так неудобно от того, что проявляю перед этим мужчиной слабость?!"

"– Извини, – пытаюсь отвернуться, но Герман удерживает мое лицо в своих пальцах, не отпускает.

– Тебе не за что извиняться, Ась. Думаешь я таких, как твой муж, никогда не видел? Возможно я открою тебе великую тайну, Ася, но такие идиоты встречаются на каждом шагу. Я не знаю, что у вас приключилось, но могу догадаться. Правда. И поверь, тебе не стоит смущаться и краснеть. Ась.

Я не тот человек, которого нужно стесняться.

Боже, он так проникновенно это говорит, с такой искренностью и участием, что слезы рекой текут по моим щекам. Я была так тронута, его … заботой и пониманием, что удержать эмоции под контролем было просто выше моих сил.

А еще, еще меня наконец-то отпустил страх, которого я натерпелась в полиции…

Стоп. Я, громко всхлипнув, замолкаю. В голове вдруг возникает образ побитого Ромки. Черт! Черт! В последние дни я слишком рассеянная.

– Герман, – я на мгновение забываю о своих невзгодах, вытираю ладонью слезы.

 – Мы не можем просто так уехать.

Мужчина вздернув бровь, отстранился. Его губы изогнула удивленная ухмылка.

– Ты хочешь отомстить, мышка?

Свела брови вместе?!

– Мышка?! – непонимающе переспрашиваю. – Нет! Нет! Я никому не хочу мстить. Там за решеткой остался парень…

Боже, в этот момент нужно было видеть лицо Германа: его задорная ухмылка сползла с губ, брови поползли вверх, глубокие морщины прорезали лоб. Губы сомкнулись в одну линию, а во взгляде появилось выражение сродни: ну ты и наглая баба.