Цена моей одержимости

Чужой. Не мой.

Конечно не твой. Твоим он уже давно не является.

Ох, Алиса, не просто будет. Ох, как не просто.

— Я думала, что имею право называть тебя по имени. Безо всяких фамильярностей. Но видимо ошиблась.

— Свое право ты потеряла пять лет назад, когда ушла, не оглядываясь. Поэтому давай без вот этого всего, — равнодушно машет рукой. — Говори, зачем пришла? У меня встреча с инвестором через 15 минут.

И тут Остапа понесло…

— А ничего, что я тебя почти час прождала? И даже записалась к тебе заранее. А ты тут строишь из себя такого мудака.

— Я и есть мудак! И советую тебе в подобном тоне больше со мной не разговаривать.

Кем он стал? Смотрю и не могу поверить! Да, все так же чертовски красив. Идеальный.

От милого, улыбчивого парня не осталось и следа. Теперь передо мной взрослый, властный мужчина в деловом костюме, сидящим на нем как влитой.

Темно-каштановые волосы модно подстрижены. Чуть пухлые губы сжаты в тонкую линию. Линия скул покрыта короткой щетиной стильной бороды. Он явно завсегдатай спортивного клуба, такой подкаченный.

Тимур Воронцов и, правда, очень сильно изменился за эти 5 лет. Как внешне, так и внутренне.

Бесчувственный чурбан.

Хочу ему врезать.

А ведь мы даже и говорить толком не начали.

Мда… Раньше он вызывал во мне совсем другие чувства.

— Ну что? Язык проглотила? — ядовито усмехается. — Я тебя внимательно слушаю!

Жестом руки предлагает присесть на стул. Сам снимает пиджак и закатывает рукава белоснежной рубашки. Невольно вспоминаю, что со мной творили эти самые руки.

Тимур садится в свое кресло, ставя локти на стол и сжимая их перед собой в «замок». Сверлит меня своими голубыми, холодными глазами.

— Мне нужна твоя помощь, — боже! Как же трудно его о чем-то просить. — Точнее моему отцу. Наша компания на грани банкротства. Кроме тебя помочь некому.

— Алиса, а зачем мне это нужно? Это ваши проблемы. В конце концов, в нашей стране есть банки, которые могут выдать кредит с хорошими условиями. Ты зря пришла!

— У отца огромные долги. Все имущество движимое и недвижимое уже заложено. Кредиты гасить нечем. Ни один банк больше кредитов нам не даст. Тим, прошу! Ты наша последняя надежда!

Первобытный ужас охватывает тело, словно я сижу в клетке с диким зверем, который может разорвать меня на части в любую секунду."

"— А что мне с этого? — вопросительно приподнимает брови. — Что я поимею? Ты должна понимать, за долги надо платить! Денег у вас нет. Чем платить будешь?

Он смотрит так, что мне невольно хочется прикрыться. Оценивает.

— Я?

— Ты! Отец в долгах. С него нечего взять. А вот ты…можешь расплатиться.

— Тим, что ты несёшь?

Не верю собственным ушам. Он что, хочет сделать меня своей шлюхой?

Становится так мерзко и противно от его слов. Чувствую себя униженной. Раздавленной. Хочу уйти. Сбежать.