Цена согласия

Вместо ответов Костя поднимает руку и гладит меня по волосам, делая это с такой нежностью и трепетом, что сердце снова начинает биться как сумасшедшее, напоминая, что мои чувства никуда не делись.

— Как только смог, я сразу приехал. За тобой, — повторяет он.

Я сжимаю пальцы в кулаки и гордо вскидываю подбородок.

— Мой мужчина не оставил бы меня одну и не побоялся бы признаться в своих чувствах. Если они у него, конечно, есть. Я не прошу и не просила отказаться от планов, — кажется, я сейчас повторяюсь, — но мне нужна хотя бы крупица ясности. Увы, ее нет. Из чего я делаю вывод, что тебе плевать на меня, а я никогда не свяжу свою жизнь с человеком, которому безразлична.

Слова сыплются легко, потому что за четыре дня Костиного молчания я пережила жуткий кошмар. Но именно это помогло принять решение.

— Мне страшно давать тебе надежду и не оправдать данных обещаний. — Костя одаривает меня серьезным взглядом. — В этих реалиях я ничего не могу тебе предложить. Но когда все закончится…

Костя прижимает меня к себе и касается губ своим дыханием. Я едва сдерживаюсь от истеричных слез, потому что самообладание дает сбой. Мы одновременно шумно дышим, словно находимся в облаке напряжения. Упираюсь ладонями в твердую грудь, пытаясь вырваться из дурмана, но Костя сильнее и не отпускает. Душу рвет на части. Почему кажется, что мы и впрямь сейчас прощаемся? А что, если он за этим приехал? Услышать, буду ли я его ждать.

А затем вспоминается наш разговор с Рафаэлем в ресторане, его намеки, прикосновения… И осеняет догадкой.

— Это все специально, да? Вы с ним все спланировали? Как только смог, приехал? Но почему именно в тот момент, когда мы с Рафаэлем… — задыхаюсь я, связывая ниточки. — Он привел меня в ресторан, трогал за руку на виду у Шевцова, а после ты появился и забрал меня…

В горле встает ком. В груди клокочет. Мне опять нестерпимо больно.

— И ты даже не побрезговал заявить сейчас о своих чувствах? Которых в действительности нет. Я для вас разменная монета? Вещь? Средство достижения цели? Кто? Вы будете защищать свой комфорт до последнего вздоха, а что станет со мной? — Плотина слез прорывается.

Что есть сил дергаюсь в Костиных руках, пытаясь избавить себя от его прикосновений. Он становится слишком серьезным и тщательно изучает мое лицо, словно ищет какие-то ответы.

— Похоже, пора внести ясность в мои планы, иначе ты наделаешь непоправимых глупостей. И кое-кому о них напомнить тоже не будет лишним, — зло цедит Гончаров.

Я сбита с толку. Грубый тон и железная хватка на талии ранят. А я и без того на грани и похожа на оголенный нерв.

— Несмотря на эмоции и чувства, кто-то должен думать за всех, — говорит Костя. — Сохранять здравый рассудок и баланс — это основополагающие принципы любого дела.