Цена твоего прощения

Решил, заберу у старухи, посидит в клубе максимум недельку, и вывезу куда-нибудь в глушь. Пусть живёт, а я может, этим поступком сыну помогу, ведь не зря говорят, что за добро бог отвечает добром. Я и подумать не мог, что в тот момент, своим согласием или отказом, решаю судьбу не только своего сына, но и брата, и свою.

- Я не понимаю..."

"- Сейчас поймёшь, Кара. В тот вечер ты спасла Арлана, тут и спорить без толку, всё очевидно. Да и он заметно к тебе тянулся, словно знал всю жизнь. Потом был тот разговор в больнице, во время очередного обострения непонятной болезни у сына, когда ты согласилась принять его под свою опеку и заботиться о моем сыне.

Помнишь? - Амиран смотрел мне в глаза, как будто хотел, чтобы я могла видеть все его эмоции. - Арлану стало лучше, и сразу он попросился остаться с тобой. С того момента, он контактовал только с тобой, мной и Тайгиром. Постоянно был у тебя на глазах, никто другой к нему не подходил. Мало этого, ты оказалось ещё и на кухне прекрасно управляешься, и необходимость приносить сюда еду для тебя и Арлана исчезла. Да что там, мы сами перестали есть в большом доме и уже скоро совсем бы переселились сюда. Сын часто капризничал и отказывался есть со словами, что еда горькая. И услышав сегодня те же слова, я разозлился на него, не захотел разбираться, никто не подумал даже услышать ребенка. Я, как обычно, криком решил заставить сына прекратить капризничать и всё съесть. Я не раз это делал. И этим сам убивал своего сына, помогал его убийцам. Понимаешь?

- Амиран, что ты говоришь? Ты же любишь сына, это видно! - возмутилась я.

- Люблю. Но и мои слова, правда. Когда ты разложила нам, двум идиотам, про то, что каша вдруг начала горчить, хотя все продукты хорошие, и ты её пробовала во время приготовления, первая мысль, что пришла в голову, что что-то туда подсыпали.

И раз до сегодняшнего утра всё было нормально, значит, что-то изменилось именно сегодня. Когда ты сказала, что сегодня неожиданно в гости пришла Инга, мы побежали в дом. И вовремя. Ещё бы минут десять, и она бы уехала. У неё оказывается и путевка на отдых, на острова была. Мы её хорошо тряханули, говно полилось, только успевай отчерпывать. Она уже очень давно подсыпала сыну в еду препарат, который ей давал наш брат Расим.

- Что? Но ведь Арлан его родной племянник! - в чудовищность этого поступка было сложно поверить.

- Кара, ты ведь поняла, что Расим из тех, кто живёт под кайфом? - задал вопрос Тайгир.

- Подозревала, да и твои слова тогда о его состоянии косвенно подтверждали эту мысль. - Честно ответила я.

- Из старших детей отца, он был самым трусливым, но и самым изворотливым. Отец ему власти не давал, да ему и не светило ничего. Отец его больше терпел, признавал через силу. - Продолжал Амиран. - А ему хотелось.