Цена твоей любви

Резко сворачиваю на дорогу, что ведет в лес, машину трясет на кочках, проезжаю всего несколько метров, торможу.

– Матвей, что случилось? Я тебя огорчила? Я больше не буду, милый, правда не буду, ты ведь знаешь, я если выпью, меня несет. Ну любимый, ну что мне для тебя сделать?

Медленно поворачиваюсь, смотрю в большие карие глаза своей жены, а потом на чересчур полные губы.

– Выходи.

– Зачем? – она напугана, отшатывается от меня в сторону, словно я сейчас выведу ее из машины и начну убивать.

– Трахать тебя буду.

– Но мы же…

– Мне тебя вывести?

Выхожу сам, вдыхая прохладный ночной воздух, Дина выходит следом, гладит меня по спине. Разворачиваюсь, резко хватаю за волосы, всматриваюсь в лицо девушки.

– Ты, сука, думала, я ничего не знаю, да? Что не замечу, как ты крутишь задом и подставляешь себя моему шоферу? Ты за кого меня принимаешь? За слепого и тупого рогоносца?

Она нервно сглатывает слюну, глаза начинают предательски бегать.

– Ничего не было, я клянусь, Матвей, ничего, я клянусь, правда.

Ее всю трясет в моих руках, я не знаю точно, было или нет, Лёха может и соврать, надо будет поговорить с ним с пристрастием и наказать сразу на будущее.

– Ничего, говоришь?

Не знаю, на что или на кого я сейчас больше зол. Мне, по сути, плевать, кто трахает Дину, но, пока она моя жена, это значит, что трахают и меня.

– Ничего, любимый, ничего, – слезы градом катятся по ее щекам.

– На колени.

– Что?

– Встань на колени.

Дина покорно опускается прямо на траву, начинает расстегивать мой ремень и ширинку, высвобождая возбужденный член. Моя жена не любит, когда с ней так обращаются, привыкла с детства чувствовать себя принцессой, которой все дозволено, но я быстро ее от этого отучил. А когда она чувствует себя виноватой, делает все как хочу я.

Вот она уже умело облизывает головку члена, вбирая его с каждым движением все глубже в рот. Вижу, как в темноте мелькают ее светлые волосы, убираю их на одну сторону, наблюдая за тем, как мои яйца бьются о ее подбородок, а головку при этом сдавливает узкая гортань.

– Хватит.

Дергаю ее на себя, разворачивая спиной, задираю короткое платье, разрывая несколько полосок белья, развожу ноги жены шире. Диана отклячивает ягодицы, прогибает спину, готовая принять меня, как течная самка.

Вхожу глубоко, натягивая девушку на себя, в тишине раздается ее протяжный громкий стон. Вколачиваюсь как одержимый, прикрыв глаза, перед которыми появляется образ Регины.

Конченый извращенец.

Я все помню, даже через семь гребаных лет, как она кричала и кончала подо мной. Не помню многое и многих, а вот ее так, словно это было вчера.

Шлепаю по ягодицам, мну их руками, до синяков впиваюсь пальцами, а потом снова хватаю Диану волосы.

– Матвей… а-а-а-а… а-а-а-а… Матвей… а-а-а-а-а... не могу больше.