Цена твоей любви

Налила кофе, разогрела Костику кашу, которую он, конечно, не стал есть после сладкого пирога, пришлось позавтракать ей самой.

– Папа, так ты готов? Отложи бумаги и собирайся, через двадцать минут приедет такси.

– Дочь, может, не надо? И так все пройдет, попью витамины, подышу свежим воздухом.

– Вот там доктор и расскажет, какие витамины пить и где дышать, собирайся. Мы на эту тему с тобой разговаривали. Костик, ты посидишь с бабулей, много конфет не лопать, в холодильнике суп, обязательно пообедать им. Бабуля, ты слышала?

– А можно мы закажем пиццу?

– Нет, нельзя.

– Ну мама.

Костик корчит милую мордашку, отросшая челка падает на глаза, и он так забавно трясет головой и смахивает ее в сторону.

– Нет. И переоденься, ходить в пижаме весь день — это дурной тон. Ну бабуля тебя научит манерам.

Я очень люблю своего сына, но понимаю, что мальчику нужен отец или мужчина для воспитания, как хороший пример для подражания, так уж заведено.

А не только безграничная любовь бабушек, матери и всего модельного агентства, которое он очаровал с рождения. Мне иногда становится страшно, что из него вырастет циник, купающийся в женском внимании и красоте, который будет как его отец, брать что хочет, а потом отказываться от этого.

Папа ушел собираться, я просто смотрела в окно на свой старый двор, тополиный пух летал в воздухе, все, как тогда.

– Мам, звонят в дверь. Это пицца?

– Какая пицца? Мы ничего не заказывали.

Бабуля засуетилась, она, конечно, сдала за эти семь лет, уже не такая властная и громкая, но такая же модница и кокетка, которая не выйдет из спальни без макияжа и украшений.

– Я открою. Костик, пей молоко.

Не ожидала, но на пороге был Сергей с детским новеньким велосипедом.

– Привет, милая, ты, как всегда, прекрасна и обворожительна, – тянется, целует, прижимая меня к себе, так трогательно и нежно.

– И тебе привет. Что это?

Сергей ничего не успевает ответить, в прихожую с визгом врывается сын, хлопает в ладоши и уже прыгает вокруг велосипеда, пытаясь на него вскарабкаться.

– Небольшой подарок для озорного пацана. Ну что ему еще делать здесь, пока ты занята?

– Так-то, конечно, нечего, кроме как сломать руку или ногу, упав с него.

– Не преувеличивай, все будет хорошо, словно ты сама никогда не падала с велосипеда.

– Сереженька, как я рада вас видеть, боже мой, какой галантный молодой человек.

Сергей целует бабуле руку, улыбается, дает потрепать себя по щеке.

– Не то что тот, ну, ты помнишь, Регина? Ты как раз тогда и упала с велосипеда, этот хам сбил тебя своим танком.

– Бабуля!

– Регина, что за танк был и что за мужчина? Мне начинать ревновать?

– Не слушай, Алевтина Германовна сегодня большая фантазерка.