Цветок в мужской академии магии

И все бы ничего, и ссора бы забылась, если бы на следующий день во время церемонии мой отец — главный природный маг короля — не раскрыл во время ритуала вместо цветка жизни цветок смерти.

Ошибку восприняли как предательство трона и непризнание наследника. Отца лишили головы тут же, прямо у меня на глазах, а я затопила слезами ""жилетку” Рамзи.

Наш дом отобрали вместе с имуществом, а нас с братом выставили на улицу. Гордон великодушно предложил нам свой дом, дал все условия и снова сделал предложение. Почему-то он очень спешил со свадьбой. Давил, что я должна дать гарантии нормальной жизни своему брату, и я почти согласилась. Почти, потому что брат категорически заявил: мы должны соблюсти годовой траур по отцу.

Маленький, что он знал о церемониях и обычаях? Но ему втемяшилось это в голову — не переубедить.

И я согласилась подождать.

Через неделю бессмысленных уговоров со стороны Рамзи во время прогулки по горам на моего брата свалился огромный камень.

И я даже не думала связать два трагических события, если бы из пиджака Гордона Рамзи не вывалились семена цветка смерти.

Вот тогда я все поняла. Все сошлось. И ровно с той минуты я возненавидела всем сердцем негодяя. Главный гад моей жизни — главгад Рамзи…

— Уй-юй-юй! — заголосил лысый, выдирая клещами крика меня из воспоминаний.

— Ай! Больно же! — взмолился рыжий. — Пусти!

И только когда мои пальцы стали отлеплять от коленок мистера Сочувствие и мистера Любопытство один за другим, я поняла, что сжимала до боли не свои ноги.

А что поделать, если мои нижние конечности превратились в трости и практически исчезли между этими двумя широко сидящими? Еще так вольготно расставили ноги, что при желании между ними мог маленький дракон пролететь. Немудрено перепутать! В глубинах моей памяти у меня очень даже аппетитные бедра, а не это костистое недоразумение. Вот и ошибочка вышла.

— Идем, Сворски. А то еще всем штрафные баллы влепят… — Розововолосый показал на опустевшую аудиторию — А этого ты точно не переживешь.

Профессор Тирк довольно закинул конец шарфа за спину, бросил на меня красноречивый взгляд, желавший мне век неудач, и вышел из почти опустевшей аудитории.

Троица парней косилась на меня, понимая, что, даже если они на собственном горбу доставят меня к Гордону на пару и расстелют ковриком, тот растопчет меня в порошок. Есть ли толк тратить силы?

Тащить сложно, бросить жалко — я прямо классическая неугодная поклажа. Вот только оставаться такой не хочу.

Мне бы добрых молодцев выпроводить и во-о-он тот толстенный дуб под окнами о помощи попросить. Ему, наверно, веков триста, сильный, своенравный, даже отсюда чувствуется, как высекает магию шуршанием листвы.

За шумом адептов я его сначала и не заметила, а сейчас сила так и манила.