Цветок в мужской академии магии

— Такое не прощают, — глухо ответил лекарь.

— Ты же знаешь, что это была случайность, — впервые в голосе Гордона прозвучали извинительные нотки.

— Это была ошибка. Элиот зря поверил тебе и пошел с тобой. — Лекарь был тверд и непоколебим.

— Никто не знал, что к черному камню нельзя подходить так близко. Я тут ни при чем, — снял с себя все грехи Рамзи.

— А кто знает, что там случилось на самом деле? Элиот никогда не был дураком — не подошел бы ближе к неизвестному артефакту, — высказал накипевшее Дай. — Единственным его недостатком было то, что он был мягкосердечен и сочувствовал тебе, за что и поплатился жизнью. А сейчас ты хочешь снова использовать мага природы, только уже Сворски. Ты не перед чем не остановишься, да?

Тон лекаря поднимался по возмутительной нарастающей.

— Не надо из меня делать злодея, а из Элиота святого. Он пошел со мной не из-за альтруистических побуждений, — скидывал с себя обвинения, как пыль, мужчина.

— Ты воспользовался его бедностью. Если бы не долги, то он никогда бы не пошел с тобой, — негодовал целитель.

— Как пафосно ты сейчас меня обвиняешь за случайность. Значит, ты знал о финансовых проблемах друга, но не помог ему? А сейчас обвиняешь меня в том, что я дал возможность Элиоту выползти из ямы? — Рамзи был жесток на слова.

Но… я задумалась над смыслом сказанного.

— Я сам не имею ни малейших накоплений. Живу в академии, всю зарплату перевожу в фонд ""Помощь полукровкам”, - защищался Фрай Дай.

— Врешь, — усовестил Гордон. — У тебя только на этом столе сейчас редких компонентов хватит, чтобы десять раз спасти друга.

Серьезно? Неужели такие дорогие и редкие растения и зелья?

— Это ресурсы академии для лечения адептов. Я не имею права ими распоряжаться, — взбеленился целитель, голос его срывался то на глухую ненависть, то на звонкую ярость.

— Какие мы порядочные! Тогда не вини меня в том, что Элиот увидел надежду во мне, — громко заявил Гордон.

— ВОН! — от громкого крика Фрая Дая зазвенели колбы.

Рамзи зашипел, снова матернулся и даже взвизгнул как поросенок. Лекарь лютовал: в дверцы шкафа врезалось что-то, а потом с глухим грохотом Гордон грохнулся на пол и наступила тишина. Лишь шумное дыхание целителя разносилось по комнате.

ГЛАВА 13

Я осторожно приоткрыла дверцу шкафа и увидела Гордона, лежащего без сознания. Фрай сидел над ним в коляске, а лианы из рук опутывали ноги Рамзи. Целителя мелко потряхивало, взгляд был устремлен в никуда.

Я осторожно подкралась к главгаду и прислушалась. Дышит. Только у носа какая-то зеленая пыльца, похожая на порошковый нектар вечнозеленого сонника.

— А вы опасны! — восхитилась я.

Я не могла не заметить, что Гордон не применил силу, хотя мог. Телекинезом Рамзи мог одним заклинанием разрушить все ценные ингредиенты, но не стал.