Твое имя

"

"Но я понимал: они догадались, что мальчику и им самим грозит гибель, и поспешили уйти.

С тех пор я гоняюсь за вами по всей Симарии. Бывшие жители Анхельма поселились в небольшом городке рядом с Фермаго, а я пообещал Адель, что не вернусь домой без сына.

Я почти нашел вас. Я догнал обоз Альфа, но, к сожалению, только тогда, когда он выехал из Корни-Кэша. Теперь я точно знал, что вы в столице и Эрл с вами, вот только найти мужчину, женщину и ребенка в таком огромном городе почти так же невозможно, как отыскать иголку в стоге сена. Однако я не терял надежды.

Но вот недавно в таверне я краем уха услышал, что в столице начались странные убийства девушек.

Неужели Ивар добрался до Корни-Кэша и совсем потерял голову от безнаказанности? Лестаты убивают, чтобы жить, но никогда не истязают своих жертв.

Вчера вечером я пришел к стану, зная, что должен рассказать все об Иваре. Но в последний момент смелость мне изменила. Если узнают правду, то в опасности окажусь не только я, но и мой сын, и все лестаты, которые доверились мне.

В тот момент, когда я, одолеваемый сомнениями, пытался принять правильное решение, открылась дверь и появилась та, кого я уже отчаялся найти.

Ты, Мара. На мгновение я подумал, что схожу с ума. Но вот я здесь. Теперь вы знаете всю историю. Решайте, как быть дальше.

* * *Рейвен замолчал, и на какое-то время в комнате стало тихо, лишь потрескивали дрова в камине да ветер стучал в окно.

— Значит, это Ивар? — прошептала Мара.

Все просто, оказывается. Парнишка, который решил, что ему все сойдет с рук. Что ж, видно, сходство убитых девушек с Марой — простое совпадение.

— Ты понимаешь, что он должен будет умереть после всего, что сделал? — спросил Бьярн.

— Без суда и следствия, — скривился Рейвен.

Мара ощутила его боль. Как это ужасно — быть меньше, чем человек, не иметь ни прав, ни надежды стать услышанным.

— Если бы обвиняли Эрла, его бы ты тоже позволил убить, не сомневаясь ни секунды?

Бьярн побледнел. Рейвен, похоже, ударил его в самое больное место.

— Если ты останешься и поможешь отыскать убийцу, обещаю, смертный приговор ему вынесут, как человеку. В суде.

— Бьярн, ты не можешь этого обещать… — прошептала Мара, но Бьярн молчал, точно имел право так говорить.

— Согласен, — ответил Рейвен.

Протянул ладонь, и второй раз за это утро они скрепили договор рукопожатием.

Вернувшийся домой Эрл застал мирную картину. Рейвен, Мара и Бьярн сидели рядком на диване и пили дымящийся взвар из кружек, закусывая булочками.

— Эй, обжоры, а мне булочку оставили? — возмутился он, втискиваясь между Марой и отцом.

Обнял обоих, поцеловал. Бьярну показал язык.

— Прости меня, малыш, — вздохнул тот, понимая, что мальчик имеет право злиться.

— Ну ладно.