Бронебойщик

Совместно с фронтовой разведкой мы устроили этим машинам боевое испытание, и они прошли по глубоким тылам «Тардиона», однако полной информацией владеет начальник разведки, а его, к сожалению…

В этот момент дверь в зал приоткрылась и вошел начальник разведки, полковник Реддикер. Приложив руку к груди, он кивнул посмотревшему на него генералу и поспешил на свое место, которое для маскировки занимал его заместитель.

— Я прошу прощения за опоздание, сэр… Пришлось задержаться, чтобы получить самые свежие сведения. Насколько я понял, полковник Бусыня доложил о новых машинах «большой сато», которые были запущены в тыл к противнику. Поскольку, как вы знаете, спутниковое наблюдение в глубоком тылу запрещено правилами министерства обороны, нам пришлось воспользоваться небольшими воздушными разведчиками. У них, конечно, не тот радиус действия, какого бы нам хотелось, и не тот уровень информационного сбора, однако мы узнали главное — пара полностью автоматизированных роботов, не получая никаких указаний и коррекции, сумела преодолеть два рубежа заслона противника и только на третьем была обнаружена и вступила в бой. Это так называемый двадцать четвертый пост. Обычный форт с аппаратурой слежения и артиллерией. Так вот, господа, ценой потери двух штурмовых вертолетов и сотни выпущенных снарядов «кай-тай» они сумели уничтожить только одного робота, а второй ускользнул. При этом в форте были уверены, что машина была всего одна. Я обращаю ваше внимание на необыкновенно высокий уровень компьютерного управления машиной, которого удалось достичь нашей инженерной службе… Я здесь, конечно, не для того чтобы хвалить полковника Бусыню, но я был впечатлен…

По рядам офицеров прошел шепот, все, поглядывая на Бусыню, одобрительно закивали. Даже сам генерал тоже кивнул и, наклонившись, что-то шепнул начальнику штаба.

— Ну и еще, господа, у этого шоу было продолжение. Второй «большой сато» добрался до расположения базы отдыха фронтовой смены противника и вступил в бой, по всей видимости, с механизированным патрулем. После чего подвергся ударам с воздуха и, скорее всего, был уничтожен. О потерях противника мы точных данных не имеем, но знаем, что два или три его летательных аппарата были сбиты.

После столь многообещающего выступления слово получил начальник бюро службы безопасности при группировке, майор Танжер, умевший даже китель носить так, словно это был костюм «от Фабеджи».

В отличие от других выступавших Танжер коротко проинформировал всех о том, когда и сколько сотрудников были замечены в нарушении секретного режима.