Ты будешь наша

 – Важнее, чтобы ты не переживала, – тихо проговаривает и целует меня в макушку. – Всё пройдёт хорошо.

Не пытаюсь сопротивляться, выпутаться из его объятий или расспросить его ещё о чём-то. Он приехал, хоть его никто не просил, разве это не много значит?! Мне было необходимо крепкое плечо, слова поддержки и просто кто-то рядом.

Ожидание не кажется таким тяжёлым в компании Димы. Он не позволяет мне киснуть – носит кофе стаканчик за стаканчиком и шоколад для поднятия гормона счастья из столовой.

– Почему ты это делаешь? – спрашиваю в какой-то момент.

– Что именно? – с лёгкой улыбкой выгибает вопросительно брови.

– Зачем ты сюда приехал? Зачем увёл тогда из ресторана? Почему вообще ты оказываешься рядом в тяжёлые для меня моменты? – смотрю на него в ожидании, пока он задумчиво прикусывает губу.

– Всё просто, Полина. Я влюблён, – подняв руку к моему лицу, он убирает прядь волос за ушко. – Влюбился без памяти, – продолжает почти шёпотом, приблизившись к моему лицу.

– Дим… – слова застревают в горле, потому что не время и не место для таких разговоров, но сердце пропускает удар, когда он произносит эти слова.

– Не надо ничего говорить, надо принять этот факт и отпустить себя, – коснувшись моего подбородка, он слегка приподнимает мою голову и невесомо целует.

Нежно, словно моих губ коснулись пёрышком, но достаточно, чтобы по телу пробежал табун мурашек. Заметив, что я не предпринимаю попыток отстраниться, Дима углубляет поцелуй, не изменяя темпа, только ещё больше заставляя меня приятно подрагивать.

Неуместно сейчас вспоминать, но сравнение выходит само собой, и я убеждаюсь, что они с Ромой, словно небо и земля, – настолько разные.

Такие разные, но оба вызывают во мне необъяснимый трепет и мурашки, заставляют сердце прыгать от счастья.

Поцелуй Димы, словно разливающийся мёд по венам, – аккуратный, нежный и чувственный. И я настолько плыву, что забываю, где нахожусь и по какому поводу. Недопустимо так себя вести, пока твой отец на операционном столе, но я не могу себя остановить. Не могу оторваться от мягких губ, вырваться из тёплых объятий и разорвать поцелуй, который дарит и спокойствие, и безумство одновременно.

– Кхм, – раздаётся рядом с нами, и я сразу отлипаю от Димы.

– Простите, – говорю я, чувствуя, как краснеют щёки. – Уже закончилось? – спрашиваю врача.

– Да, операция прошла успешно, теперь остаётся ждать и надеяться, что ваш отец восстановится, – отвечает мужчина, и у меня камень с души падает."

"– Спасибо вам большое! – искренне благодарю его. – Я могу увидеть папу? – подаюсь вперёд с надеждой.

– Нет, сегодня он побудет в реанимации.