Ты будешь просить еще

Я до сих пор не знаю, откуда в ней, тогда еще девчонке младше тебя, нашлось столько сил, чтобы вынести меня.

— Ей и сейчас непросто, — глажу папу по напряженной руке.

— Знаю, но я никогда и никому вас не отдам. Алекс вернул мне ее с того света. Благодаря ему и силе Кейт у нас появилась ты. Я не могу лишиться всего этого. Мне страшно, — говорит совсем тихо.

А я сижу и перевариваю сказанное. Понимаю, что он опустил море подробностей, но мне и этого хватило, чтобы истерика отошла на задний план. Отец вообще впервые в жизни открылся передо мной вот таким.

Простым человеком, у которого, оказывается, тоже есть страхи.

— Я ведь когда-нибудь все равно выйду замуж, — улыбаюсь, отпуская все случившееся со мной дерьмо. Иначе это не назовешь. Ведь если справилась мама, я тоже смогу пережить эту боль. Может однажды даже вновь смогу им доверять. Смогу разлюбить…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Обязательно выйдешь. За достойного мужчину, который сможет подарить тебе сказку.

Ты ведь моя маленькая принцесса. Идем, — отец помогает встать, и мы бредем за руки вдоль берега загребая босыми ступнями воду.

Больше не о чем сейчас говорить. Все остальные слова будут лишними и неуместными. Мы просто гуляем по пляжу, кидаем камушки в воду, слушаем звуки ночного острова.

На пороге нашего дома отец вдруг остановился, потянул за руку, чтобы я на него оглянулась."

"— Прости меня, Сонь, — эти слова всегда даются ему тяжело. Я знаю, вижу сейчас.

— Прости меня, — он вновь прижал меня к себе и на обнаженный участок кожи попала одна единственная капля. Папа не дал на него посмотреть. Мне и не надо. Слезы Дмитрия Александровича Дрейка стоят крайне дорого.

— Дежавю, — слышу за спиной голос мамы.

— Надо продать этот чертов остров, — папа меня отпускает и уходит обратно в ночь.

— Оставь его, Софи, — на мои плечи ложится мамина кофта. — Идем в дом. Там ребята ждут.

Глава 48. Дмитрий Дрейк

Несусь по темноте спотыкаясь об ветки и крупные камни.

Бегом, чтобы не разорвало от нахлынувших чувств.

Ухожу как можно дальше от дома, просто падаю на песок и смотрю в черноту неба. В груди саднит от нехватки воздуха. Дико хочется курить, но, похоже, я в своем забеге потерял где-то пачку сигарет. В пальцах нервно крутится зажигалка, челюсть сводит от злости на самого себя.

Когда-то я уже просил здесь прощения у девушки такого же возраста, как моя дочь и от этих воспоминаний становится только хуже.