Ты думал, я не узнаю

Артему стыдно за то, что Ксюша становится частой свидетельницей всевозможных его унижений. Как будто мало того, что происходит у него дома. Как будто недостаточно его пресная жизнь отравлена позором. Парадоксально, что ни одно проявление буллинга не угнетает так, как рьяное рвение Метелиной выступить его защитником и ответить всем обидчикам. Будучи уверенной в правильности собственных действий, она жалуется учителям, невзирая на просьбы Артема этого не делать. Их вовлеченность — не та управа, что способна приструнить главного агрессора. Иногда только жестокость способна истребить другую жестокость. С этим ничего не поделать. Так устроены человеческие джунгли.

Ксюша искренне недоумевает, почему Артем раздражен вмешательством учителей. Она действовала из лучших побуждений, когда сообщала им о зарождающейся травле, нацеленной на ее близкого человека! Она не сомневается, что взрослые помогут. Так учили родители. Им она тоже рассказала, и те пообещали, что не пройдут мимо.

— Не решай за меня, как мне будет лучше, — отвечает ей Артем, не сумев проконтролировать поток враждебности, нечаянно вырвавшийся вместе со словами и достигший уязвимого ко всему, что он делает или говорит, сердцу Ксюши. Извиниться не успевает: она завершает вызов, резко обрывая часовой телефонный разговор.

В его мире все по-другому. Взрослые предают, а не помогают.

И, наверное, хорошо, что Ксюша никогда этого не поймет.

***

За девять дней до…

Издевки — ерунда по сравнению с тем, чтобы держать дистанцию с Ксюшей. Артем сам ее оттолкнул неосторожными словами. Можно было бы донести ту же мысль, но корректнее. Она ведь единственная, кто принимает его сторону вне зависимости от обстоятельств. Она — больше. Жизненный ориентир, уводящий Артема от худших троп. Без нее ему не выжить в дремучем мире, наводненном хищниками. Да и зачем ему выживать без нее…

Он торчит под дождем в ожидании подруги, надеясь помириться и вместе пойти в школу. Ксюша не приходит. Не появляется на уроках. Не видит, что после занятий за ним увязываются другие ученики и преследуют до тех пор, пока ни о чем неподозревающий Артем не юркает в переулок, чтобы сократить дорогу до дома. А за переулком, убедившись, что поблизости нет непрошенных очевидцев, троица нагоняет его и уводит за здание с обветшалым фасадом.

Артем попадает в знакомую компанию Яшина и двух его дружков. Прежде Артема не посещал страх, однако в этот раз что-то дьявольское ощущается в настроении бывшего Ксюшиного парня. Веет угрозой, способной распалиться до того, что унизительные вещи, происходящие с ним в последние дни, переквалифицируются в ясельные шалости.

Чутье Литвинова не подводит. Илья отдает распоряжение своим прихвостням, чтобы те стояли на шухере, пока он занят Артемом.