Ты мое наваждение (СИ)

Хотя мне не нравится, что почти на всех фотках, где меня подловили, я стою с бокалом шампанского в руках, не отдаляясь от столика с алкоголем ни на шаг. Теперь по фотографиям понятно, кто в нашей компании главный алкаш.

Закрыв чат, устав от лицезрения нетрезвых лиц, я решила зайти в свою галерею, смутно помня, что я сделала вчера несколько фотографий. И да, так оно и есть. Вот размытый силуэт Ксюши на танцполе, вот кусочек моего лица с горящим и пьяным взглядом, вон чьи-то ноги, а вот и кривое селфи в туалете с какой-то женщиной, а это… Евгений Витальевич, с удивлением смотрящий на меня. Похоже, я сделала эту фотку когда пробралась в вип-зал, прямо перед своим триумфальным падением.

И вот стоило мне об этом подумать, как сквозь тёмную пелену стали снова пробиваться забытые воспоминания. Они были смазанными, туманными и обрывистыми, но перед глазами особенно ярко промелькнул момент, когда я упала на стол, а потом и на пол, облившись алкоголем и каким-то чудом не поранившись об осколки бокалов. И я помню, что всё моё веселье сразу же улетучилось в неизвестном направлении и я особо остро ощутила себя жалкой, брошенной, ещё и пьяной женщиной. Но потом я увидела перед собой Евгения Витальевича, смотревшего на меня с искренним беспокойством, без тени насмешки в карих глазах, без презрения или недовольства. Он был таким осторожным со мной… А я, пьянь такая, потом кричала ему, чтобы он меня не трогал и что у нас с ним ничего не будет, когда мы были уже у него дома. И это при том, что начальник не сделал ни одного пошлого намёка. Дура! Надо будет обязательно перед ним извиниться! Вот по-нормальному извиниться и за всё поблагодарить, а не как сегодня.

«И это будет прекрасный повод, чтобы его увидеть» — пронеслась в голове неожиданная мысль. А следом за ней в голове появился образ такого мужественного, красивого и, что главное, заботливого Евгения Витальевича, с его серьёзным, но всё же добрым взглядом золотисто-карих глаз.

— Карин, а ты чего покраснела? — вернул меня в реальность чуть насмешливый голос Ксюши, заставивший меня тут же вздрогнуть от неожиданности.

Что-то я совсем забыла, что сейчас не одна. Да и с чего это я вообще стала мечтать о начальнике? Я только вчера узнала об измене жениха, так что нет, никакая новая влюблённость мне не нужна! Тем более мне не хватало ещё влюбиться в настолько недосягаемого для меня мужчину.

— Да что-то мне жарко, — натянуто соврала, и правда чувствуя, как горят от смущения щёки.

— Жарко? А может кому-то просто стыдно за вчерашний дебош?

— Может и стыдно. Одно дело позориться перед своими, а другое перед директорами, которые могут решить, что такая любительница выпить не должна находиться в компании.