Ты полюбишь

Перемещая руки со спины все ниже и ниже, Саша целовал Полину страстно то в губы, то опускаясь ниже к шее, ключице и груди, а затем возвращаясь к губам, ловя ее рваные вдохи и выдохи. Руки Полины перебирали Сашины жесткие и темные волосы, потом спускались ниже к шее и плечам, кожа которых покрывалась мурашками от ее ноготков. Саша сильно вжимал в свое сильное и крепкое тело Полину, будто боялся, что она в правду превратится в птицу и улетит от него. Он находил пульсирующую венку на шее у Полины и оставлял на ней горячие поцелуи, затем спускался ниже проводя языком и слегка покусывая.

Взяв Полину под бедра, Саша направился с ней в спальню и опустил на кровать, которая все еще хранила тепло и аромат их тел. Сейчас уже не было места для нежности и мягкости, осталась только страсть и безудержное желание обладать друг другом. Если бы можно было описать их состояние одним словом, то это слово было бы «раскаленно».

Раскаленно. Горячо. Жарко. Саша ловил чувственные стоны Полины своими губами, а Полина принимала все его жадные касания и толчки, пока этот танец не закончился взрывом и не разорвал их обоих на маленькие кусочки, чтобы собрать потом опять воедино.

* * *"

"— Саш, я подумала, что можно просто прогуляться по городу, пока такая хорошая погода. Только мне бы заехать домой и переодеться, а то не очень-то ходить днём по городу в вечернем платье, — через некоторое время предложила Полина.

— Отлично! Тогда начинай собираться, а мне ещё пару звонков надо сделать.

Полина нехотя встала с кровати и отправилась в душ, отправив воздушный поцелуй Саше, перед тем как закрыть за собой дверь.

Ванная комната была просторная, светлая и чистая, в которой была не только собственно ванна, но и отдельная душевая кабина, в которую Полина и вошла. Тёплые струи воды смывали легкую усталость с мышц и расслабляли, и Полина ненадолго закрыла глаза от наслаждения. А потом почувствовала прохладу от открывающейся двери и как кто-то прижал ее к холодному кафелю и поцеловал ее так порочно и несдержанно, что у неё вырвался стон не то от удовольствия, не то от натиска неутомимого мужчины. Целуя глубоко и жадно, Саша будто присваивал ее себе, не давая возможности отступить. Вот так вот девушка, которую вчера встретил в баре и вечером привёз к себе домой, о которой толком ничего не знал, манила к себе как магнитом своей чувственностью, нежностью и мягкостью. А под этой нежностью скрывалась такая страсть и пылкость, что Саше хотелось, чтобы это все принадлежало только ему. Пусть это игра, пусть это все временно, пусть завтра все забудется, но сейчас хотелось ее всю.

Жар, который сейчас снова исходил от их тел невозможно было смыть водой.