Чехов. Книга 4

Имя, матушка! Имя!

Он страшно выпучил глаза, хлопнул ладонью по столу, и женщина вздрогнула, подпрыгнув в кресле. Видимо, только сейчас она поняла что кустодий не шутит. И ее окончательно покинула бесноватая смелость.

— В папке, — послушно указала женщина на шкаф. — Нижняя полка.

Я присел рядом со шкафом, открыл дверцы, вытащил папку с пометкой ""Борисова"". Распахнул её и уточнил:

— Лена приходила к вам совсем недавно?

— Да, — тихо промямлила Серафима.

Я кивнул и начал читать характеристику с первой страницы:

""Имя: Лена Борисова.

Отец: не установлен.

Мать: Вольга Брумская, бастард двадцати лет.

Цвет силы: светлый"".

— Ага, есть, — довольно ответил я, закрыл папку и вернул ее в шкаф. Встал и обратился к бледной как лист бумаги настоятельнице, которая сидела вжавшись в спинку кресла и со страхом смотрела на нас. И попросил:

— И ещё. Большая просьба не звонить Борисовой на этот раз. И не предупреждать ее о нашем визите. Этим вы можете сделать её судьбу только хуже. Правда. Она может из-за вас погибнуть.

— Ну вот, матушка, — довольно заключил кустодий. — Видите, можно же договориться, если обе стороны имеют интерес к бескровному разрешению конфликта. Идёмте, Павел Филиппович? Или у вас есть ещё вопросы?

— Вопросов больше не имею, — покачал головой я.

Зимин довольно кивнул:

— Тогда давайте покинем это заведение. Находиться здесь мне очень неуютно. С таким же кабинетом у меня связаны дурные воспоминания. Прощайте, матушка Серафима, — не оборачиваясь, произнес он и направился к двери.

— Простите, настоятельница, — развел руками я, обращаясь к сидевшей в кресле перепуганной женщине. — Но…

Я не нашел слов, чтобы закончить фразу. Развернулся и последовал за Зиминым к выходу. Сейчас кабинет Серафимы уже не казался мне светлым.

Чужие дети и букеты

Как только мы вышли с территории храма, Зимин обернулся и уточнил:

— Вопрос решен?

— Да, — просто ответил я. — Благодарю вас, мастер.

Кустодий только усмехнулся:

— Для этого и нужны друзья. Да, Павел Филиппович? — произнес он. — Помогать друг другу.

— Думаю, вы поняли, для чего мы ходили к матери настоятельнице и кого в итоге нашли, — возразил я, понимая, что Зимин пытается загнать меня в долги. — Так что беседа с матушкой была выгодна для обеих сторон.

— Ну, имя матери Борисовой мы смогли бы узнать и без настоятельницы, — парировал Стас.

— При условии, что сумели бы связать Райскую и одного из мимиков, — не согласился я."

"— Тоже верно, — нехотя сдался Стас и недовольно скривился. — Идёмте в машину, Павел Филиппович. Обсудим, как поступить с информацией дальше.

Он вразвалку направился к припаркованному авто, я последовал за ним. В этот раз, кустодий не стал открывать для меня дверь. Обошел машину и распахнул водительскую дверь.