Чехов. Книга 4

Что вся моя жизнь была подготовкой к встрече с Надеждой. Понимаю, вы можете решить, что я полюбил ее за внешность, но я увидел нечто другое. Она сияла изнутри. Я ощущал это своим сердцем.

Мужчина вновь замолчал и отвернулся, словно ему надо было о чем-то подумать.

— Знаете, когда встретите своего человека, весь мир вокруг вас застынет. В этот миг вы перестанете быть собой прежним. Вы станете лучшей версией самого себя. По крайней мере, так было со мной. Страшно представить, что было бы, если Нади не стало. Я даже не мог допустить мысли, что Наденька останется во тьме безумия.

— Вы смогли спасти ее, — тихо проговорил я.

— О нет, Павел Филиппович, это она спасла меня. Когда я встретил Надежду, я был циничным душеправом, который не ценил жизнь. Не свою ни чужую. Я был чурбаном, которому до выгорания оставалось всего ничего. А она заставила меня увидеть себя со стороны. Мы оба были сломаны. Просто никто не видел этого во мне. Внешне я казался совершенно здоровым. А после того как Наденька пошла на поправку, я тоже стал наполняться светом.

— Она продолжает владеть стихиями? — уточнил я.

— Осталась только сила воды. Огонь покинул ее, как мы надеемся, окончательно. Супруге я сам назначил растительное снадобье, которое помогает ей не нервничать. Для нее это очень вредно. Мы поселились в хорошем местечке, где она нашла себе добрых друзей и занятия по душе. Наденька рисует акварелью чудесные пейзажи и пишет стихи.

— Думаю, хворым повезло, что вы так долго в строю и нашли себе музу, — заметил я.

— К счастью, я нашел себе преемника, — поделился со мной Лев Витальевич. — Отличный лекарь, замечательный специалист в области душевных болезней и к тому же хороший человек, что немаловажно. Сейчас он мой заместитель в лекарне. Так что на будущее, если вам понадобится помощь в консультациях по вашему расследованию, а меня не окажется на месте, вы можете смело обращаться к нему. Ручаюсь, Егор Движнов вас не подведет. Он пишет работу по серийным душегубам прошлого, быть может вам это будет любопытно.

— Я знаю, что когда-то вы писали экспертизы по серийным убийствам. Верно?"

"— Было такое, — на секунду помрачнел мужчина. — Во времена Смуты душегубов развелось достаточно. Люди творили всякое. Многие наделенные силой теряли влияние и шли на страшные преступления. А у молодежи сила рвалась наружу и следить за ними было зачастую некому.

— Страшно представить, чем это могло обернуться для подданных.

— Некоторые следователи замечали совпадения в почерке преступников. И обращались ко мне. Чаще всего совпадения таковыми и являлись. Но порой все было иначе, — мужчина задумчиво посмотрел на меня. — Странно, что вы знаете о таком. Мало кому известно об этом части моей работы.

— Я некромант, — пришлось напомнить собеседнику.