Ты только попроси. Или дай мне уйти

Ты так необыкновенна, что я очень боюсь сделать тебе больно, разве ты не понимаешь?

– Но как ты сделаешь мне больно?

Он устремляет на меня свои необыкновенные глаза и отвечает:

– Когда мы с тобой занимаемся любовью, мы превращаемся в дикарей.

В этом он прав – мы словно срываемся с цепи! Но я продолжаю настаивать:

– Но мы ведь можем это делать, как обычно. Мы будем осторожными и…

– Нет, любимая, мы не можем поддаваться желанию.

– Но ты не причинишь вреда Медузе.

Эрик улыбается и, чмокая меня в кончик носа, отвечает:

– Я знаю, но не хочу причинить вреда тебе. Твое тело подверглось сильным изменениям, и я опасаюсь последствий. Солнце мое, поставь, пожалуйста, хоть на секунду себя на мое место.

– Я ставлю, Эрик, но мои гормоны абсолютно обезумели, и я хочу тебя.

Он снова улыбается. Целует меня, и еще раз… и еще раз шестьдесят, и после многочисленных страстных и пылких поцелуев он шепчет:

– Сейчас я посажу тебя на себя, и мы повторим, но только осторожно, понятно?

Я с улыбкой киваю. Я все же этого добилась.

Мы сейчас повторим!

Я такая капризуля.

Когда он усаживает меня на себя сверху, его пенис медленно в меня входит, и я закрываю глаза от наслаждения. О да! Его руки обнимают мою округлую талию, и, снова слившись со мной воедино, Эрик шепчет напряженным голосом:

– Боже мой… как же мне нравится, когда ты на мне.

Открываю глаза и смотрю на него. Его лицо напротив моего и, обхватив его за шею, подталкиваю к нему свой сосок, чтобы он его облизал. Мои соски сейчас ультрачувствительные, и я в восторге от того, что он делает.

– О, да… Не останавливайся.

Он так и делает. Он угождает мне, а я тем временем двигаю бедрами в поисках наслаждения.

Да… О, да… Я не хочу останавливаться.

Вдруг я прижимаюсь к нему бедрами и вскакиваю. Эрик останавливается и, увидев мое выражение лица, спрашивает:

– Тебе больно, ведь так?

Не желая лгать, киваю. Он меняется в лице, и я, целуя его, шепчу:

– Дай мне продолжить."

"– Малышка…

– Ты мне нужен, – шепчу я.

Он, как всегда, оценивает ситуацию и в итоге говорит:

– Только осторожно, договорились?

Киваю. Мы едва двигаемся.

Сидя на нем сверху, я ощущаю чрезвычайно глубокое проникновение, и когда Эрик больше не в силах сдерживаться, он встает вместе со мною, укладывает меня на кровать, и, сдерживая свой животный инстинкт, мы доходим до оргазма.

В эту ночь, погасив свет, мы заключаем друг друга в объятия, Эрик целует меня в губы и говорит:

– Я никогда тебя не покину, моя горячая головушка. Я не представляю свою жизнь без тебя.

Глава 28

Проходит время, и между нами продолжают возникать стычки в спальне.

Я продолжаю требовать слишком много секса, а Эрик его дозирует. Ненавижу, когда он так делает.

Я пытаюсь его понять, но мне приходится нелегко из-за гормонов.