Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Кстати, в тот день поляка видели в том проулке! Если он не знал, что мисс Уорренби ушла к Хасуэллам, то остается лишь развести руками. Получается, он там был и имел мотив. Вот я и спрашиваю: чего вам еще?

– Кое-чего все-таки недостает, – заметил Хемингуэй. – Я вам очень признателен и запомню все сказанное вами. В чем там извалялась Ультима Унтиди?

Хитрость сработала. Миссис Миджхолм, спустившая своих Ультим на землю за пределами сада, с криком устремилась к Унтиди. Старший инспектор поспешно прыгнул в машину к своим коллегам, и они уехали.

Глава 7

Сержант озабоченно проговорил:

– Простите за миссис Миджхолм, сэр, и за напрасную трату времени.

Знал бы – предупредил бы вас заранее.

– Вот это и было бы напрасной тратой времени, – подал голос с переднего сиденья Харботтл. – Шеф любит болтунов.

Это было сказано безнадежным тоном человека, вынужденного терпеть слабость, которую не одобряет.

– Действительно, люблю, – радостно подтвердил Хемингуэй. – Никогда не знаешь, что они выболтают. От миссис Миджхолм я узнал много важного.

– Неужели, сэр? – недоверчиво спросил сержант.

– А как же! Например, приехав в Торнден, я не различал пекинесов, а теперь я специалист.

На пенсии может пригодиться.

Сержант усмехнулся:

– Ее собачонки выигрывают много призов.

– У меня отличная память, и мне не нужно ни о чем напоминать. – Переведя дух, Хемингуэй продолжил: – Собственно, я имел в виду не пекинесов. И не поляка. Меня заинтересовал ее рассказ про Линдейлов.

– Разве все это сказано не со зла, сэр?

– Вы правы, она их не любит, но злобной я бы ее не назвал. Вряд ли в словах миссис Миджхолм о них была неправда. Вы считаете, что ее болтовня кого угодно выведет из себя.

Сам я был готов повеситься, все это выслушивая. Хотя это так по-людски – от души поболтать на такую тему! Зная, конечно, что ты на стороне добра. Что известно про Линдейлов?

– Почти ничего, сэр. Вроде спокойные уважаемые люди, общаются с другими мало, но иного от них и не следует ждать. У мужа полно дел на ферме, у жены маленький ребенок и только одна приходящая домработница."

"– Ясно, – кивнул Хемингуэй. – А как насчет того, что у них никто никогда не ночует?

– Не знаю… – протянул сержант. – Что об этом скажете вы, сэр?

– Я тоже не знаю. Но, думаю, к ним следует приглядеться.

Возьмите это на себя, Хорас. Если Линдейл был членом Фондовой биржи, о нем будет нетрудно навести справки.

– Сэр, – сержант нахмурил брови, – Уорренби знал что-то компрометирующее Линдейла и шантажировал его?

– Судя по всему, это были бы проказы в его духе.

– Но зачем?

– Неизвестно. Может, он его не шантажировал. Вдруг он пронюхал про Линдейла какую-то гадость, и тот его застрелил, чтобы информация не просочилась? Зависит от того, какие это были сведения и что за человек Линдейл.