Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Она склонялась к тому, что убийство совершил кто-то из Беллингэма, и гораздо больше внимания уделяла признакам увядания, внезапно обнаруженным у одного из редких растений. Тем не менее они с мисс Паттердейл соглашались, что, как ни неприятно для людей их поколения сознавать, что поблизости произошло убийство, в качестве занятия для детей годится даже это, ведь Торнден слишком безмятежен и не может похвастаться событиями, кроме игры в теннис. Мисс Паттердейл даже заявила, что раз уж это случилось, то хорошо, что Абби находилась в это время у Хасуэллов. Она боялась, что у нее Абби скучно.

– Мне старший инспектор понравился, – сказала Абби, – а вам? Не то что второй, с отталкивающим выражением лица. Этот оправдывает худшие ожидания. Интересно, чем они сейчас заняты?

– Мне показалось, старший инспектор старался развязать нам языки. Я боялся, что вы расскажете о своей версии.

– Гэвин тоже. Что за мысли, Чарлз? Я бы так не поступила. Однако считаю, что права.

– Абби думает, мама, что это сделал Драйбек.

– Нет, дорогая, вряд ли, – возразила миссис Хасуэлл. – Он прожил здесь много лет!

Чарлз, привычный к материнской логике, сочувственно улыбнулся, заметив:

– В конце концов он засудит ее за клевету.

Миссис Хасуэлл опять не согласилась, напомнив, что Драйбек – поверенный мисс Паттердейл.

– Он не посмеет за что-либо меня засудить, – заявила Абби. – Он – единственный подходящий подозреваемый.

– А вот и нет! – воскликнул Чарлз. – Мэвис тоже под подозрением.

– Хватит про Мэвис! – попросила Абби. – Она не могла это сделать. У нее силенок не хватило бы."

"– А по мне, Мэвис темная лошадка. Жаль, что вас не было сегодня в церкви. Я недолюбливаю Гэвина, но он был прав насчет нее! Невыносимый перебор! Она притворялась героиней с разбитым сердцем, принимала соболезнования, пускала слюни, расписывая дядюшкину доброту, твердила, мол, осталась одна-одинешенька, и даже маме стало противно.

– Не сказала бы, что противно, дорогой, – поправила сына миссис Хасуэлл. – Это выглядело не вполне искренне, но, полагаю, так она представляет правильное поведение. Есть в смерти нечто, превращающее людей в невозможных лицемеров. Почему, хотелось бы мне знать? Я сама вела себя почти так же, когда умер твой дед, пока отец не напомнил, каким неприятным и придирчивым тот был много лет, как изводил бедную бабушку и не стремился видеть кого-либо из нас!

– Разве можно сравнить тебя и Мэвис? – возмутился Чарлз.

– Это правда, дорогой, но я всегда знала, что он это сделает, к тому же я их получила только после смерти бабушки. И вообще, мне бы не пришло в голову говорить такие глупости.

– А от Мэвис именно глупостей и ждешь! – подхватила Абби.