Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Хотите узнать подробности деревенской жизни, Хорас, – обращайтесь к викарию! Конечно, вам эти поучения ни к чему, вы лишены способности развязывать людям языки, а все почему? Предпочитаете пиву безалкогольную сарсапариллу – вот причина!

– Что в бумагах Уорренби, сэр? – холодно произнес инспектор.

– Ничего важного. Возможно, завтра мы найдем что-нибудь у него в конторе, хотя это сомнительно.

Инспектор с кряхтением сел, подождал, пока Хемингуэй соберет бумаги, и сказал:

– Меня кое-что настораживает, шеф.

– Уже во второй раз за сегодня. Прогресс! – одобрительно отозвался Хемингуэй.

 – Валяйте! Я мучаюсь неизвестностью!

– С тех по, как нам сказали, что стреляли, вероятно, из винтовки калибра 0,22, я не перестаю об этом думать. Мне кажется, что нести такое оружие на плече или под мышкой – большой риск. Вдруг столкнешься с кем-нибудь по пути? Но, глядя на вас с Пленмеллером на улице, шеф, я подумал, что если бы он засунул оружие себе в левую штанину, то никто, зная о хромоте, не заподозрил бы его.

– Неплохо, Хорас! А теперь ответьте: зачем Пленмеллер отнес винтовку домой и вернул в оружейный шкаф, а не утопил в реке или не подбросил в чей-нибудь двор? Оружие досталось ему в наследство от брата, сам он не стрелок – чему я верю, потому что, во‑первых, не дурак и не станет кормить полицию враньем, которое легко опровергнуть, а во‑вторых, я заметил на ружьях в его оружейном шкафу ржавчину.

Если бы Пленмеллер сказал, что не знает, где это ружье, и понятия не имел, что оно пропало из шкафа, то было бы трудно доказать, что его не украли. А украсть могли! Дверь там запирается только на щеколду, а экономка у Пленмеллера глухая.  – Хемингуэй встал и взглянул на мраморные часы над каминной полкой. – Я отправляюсь спать и вам советую.

Инспектор встал, внимательно посмотрел на начальника и, обращаясь к вазе с пампасной травой, задумчиво произнес:

– Если бы мне пришлось объяснять, чем хороша эта моя работа, я бы не сумел!

– Если воображаете, будто Би-би-си пригласит вас в свою программу, то напрасно. Этого не произойдет.

– Не понимаю, как Сэнди Грант проработал так долго! – буркнул Харботтл.

– Все просто, Хорас: он знал, что если будет держаться меня, то получит повышение.

– Да, ваших помощников быстро повышают, – неохотно согласился Харботтл.

– А как же! Представление к повышению – единственный способ от них избавиться. Все, немедленно спать!

На следующее утро инспектор Харботтл отправился в контору Сэмпсона Уорренби, а Хемингуэй наведался в полицейский участок, где сначала позвонил в Скотленд-Ярд, а затем побеседовал с начальником полиции графства и выслушал короткий доклад сержанта Нарсдейла.