Черный король

Ноги несли ее навстречу, еще совсем немного… Сердце колотилось в горле, потом сделало кульбит и просто упало куда-то, а в груди разлился сладкий ледяной сироп.

Мужчина наконец дошел, остановился прямо перед ней. Короткий поклон, он выпрямился, глядя на нее. Медленно втянул в себя воздух, Ника видела, как прикрылись на долю секунды его глаза и дернулся кадык. А потом он запустил правую руку за пазуху и вытащил оттуда веточку шиповника.

Она уставилась на белые цветы, не в силах вымолвить ни слова.

Боже… Ну откуда это в нем…

Откуда в этом замкнутом, жестком, грубоватом монстре ЭТО?

Белый шиповник? Нет, серьезно?!

Мужчина смотрел на нее, ждал, а в серых глазах начало клубиться что-то непонятное.

Болезненная складочка обозначилась в углу рта.

— С… спасибо, — проговорила Ника едва слышно и взяла из его ладони цветок.

Кивнул. Молча протянул руку и повел ее за стол.

***

Ужин прошел как в тумане.

Уже после, когда она переполненная эмоциями, возвращалась в свои покои, в памяти вспыхивали яркими картинами отдельные фрагменты.

Его руки, держащие нож и трехзубую вилку.

В нем было очень много сейчас от того лощеного мужчины, который носил костюмы и ездил в крутом шикарном автомобиле.

Наверное, сходство подчеркивали его зачесанные назад чуть влажные волосы. Но многое из того, что она знала о том мужчине начисто выпадало из картинки. Как будто это все-таки два разных человека, а как будто и один. Ника немного терялась в ощущениях.

Но это было не главное. Нет.

Его руки. Он был без перчаток. Грубоватые и сильные, но красивые мужские руки с длинными пальцами. Аккуратные ногти. На тыльной стороне правой руки небольшая зажившая царапина.

Очень характерной формы. Он оцарапался о колючий куст, когда срывал для нее цветок?

В этом было столько немыслимо интимного.

Он сам нарезал для нее мясо и подкладывал в тарелку лучшие кусочки.

Он, черт бы его побрал… ягоды принес. Лежали на зеленом листе в плоской фарфоровой тарелке. Те самые, Ника немедленно узнала запах и вкус.

Танец был. Всего один. Такой… бесконтактный. Музыка странная, немного средневековая, но музыканты играли «Белый шиповник» из «Юноны и Авось». Когда Ника поняла это. Когда в памяти всплыли строки:

Для любви не названа цена

Лишь только жизнь одна

Жизнь одна, жизнь одна…

Ей хотелось кричать:

«Что же ты делаешь!? Ты же влюбляешь меня в себя…»

А когда увидела решимость в его глазах, почувствовала горячую жадную вспышку его чувств…

Она просто не смогла вернуться за стол.

В смятении поблагодарила его и попросила проводить к себе.

И вот теперь он вел ее, держа за руку, совсем как тогда, после поединка. Молчали оба. Но это было значимое молчание, важное, обволакивавшее обоих как кокон. Общая тайна.