Убийца поневоле

К тому же в четыре часа сон крепкий, если проснешься — голова чумная, соображаешь плохо. Это твоя сестра придумала. Все-таки она у тебя умная — ужас!

— И девочек одинаковых она придумала? — лениво поинтересовался Саша, переворачиваясь на спину и устраиваясь поудобнее на подушках."

"— Ага. Идея была ее, а исполнение мое. То есть сначала-то речь шла о том, чтобы из одного мужчины того психа сделать. Пока я его гримировала, Анастасия Павловна и спросила, можно ли из трех разных девушек сделать трех одинаковых. Тут весь фокус в том, чтобы внимание отвлечь. Три похожих лица найти можно, но сложно, вот нам и надо было сделать так, чтобы на лица никто не смотрел. Знаешь, есть такие специальные приемы визажа для черно-белой фотографии и для цветной. Для черно-белой фотографии важно, чтобы черты и линии были правильными и красивыми, потому что цветности все равно нет. Если, например, у женщины невероятной красоты цвет волос или глаз, а все остальное обыкновенное, то на черно-белой фотографии она будет выглядеть как простушка. Ей обязательно нужно сниматься только на цветную пленку, чтобы выгодно подать то, что красиво, а обыкновенное или некрасивое в своей внешности спрятать. И наоборот, если у человека идеальные черты лица, но в целом все остальное средненькое, нужно сниматься только в черно-белом варианте и подчеркивать именно линии, а цвет волос и глаз не выставлять. Ну а поскольку жизнь-то у нас цветная, нужно было делать ставку на цвет, который скроет линию. Я понятно объясняю? Представь себе, ярко-алая кожа с головы до ног сама по себе раздражает, но одновременно и завораживает, а если еще пуговички сверху расстегнуть и грудь выставить? Да ни один нормальный мужик тебе на лицо и смотреть не станет. Парики мы им надели одинаковые, глаза сделали в черной краске, губы яркие и одинакового рисунка, это нетрудно. Сначала все лицо и губы покрываешь тоном, потом рисуешь контуром, чего хочешь, и накладываешь помаду поярче, вот и весь секрет. И можешь быть уверен, что никакие другие особенности уже никто не разглядит. Тем более мужикам-то этим страшно было, а когда человеку страшно, он никогда в лицо не смотрит тому, кого боится. Девочки потом говорили, что все трое как им в вырез уставились, так и глаз не поднимали. А Анастасия Павловна как раз на это ставку сделала и девочкам на шею одинаковые кулончики повесила, с дефектом.

— Слушай, чего ты ее все Анастасией Павловной называешь? Она же не чужая тебе, она моя сестра.

— Ты что?! — Даша даже поперхнулась от такого кощунства. — Она такая… Да она почти лучше всех на свете. У меня язык не повернется ее по имени называть.

— Что значит: почти лучше всех? — подозрительно приподнял голову Александр. — Я что-то не понял это «почти».