Убить демона, спасти короля

Вот только разгоряченный демон, к изумлению Эви, пах не человеческим потом… Мейджи закрыла глаза, вспоминая. Пушки у дворцовых ворот. Раскаленный под солнцем металл. Медь и бронза. Это был запах Дегара Тэшша.

– Отпусти меня, – снова попросила она.

На этот раз демон послушался. То ли выдохся, то ли посчитал, что погоня осталась далеко позади. Он не церемонился – сгрузил Эвелину на землю, как мешок с картошкой, спасибо, со всего размаха не припечатал.

Она машинально протянула руку, ожидая, что демон поможет ей подняться. Тот мгновение разглядывал ее ладонь, потом отвернулся и зашагал прочь с прямой спиной.

– Эй!

Эви кое-как встала на корточки, потом, кряхтя, точно старушка, поднялась на ноги и заковыляла следом за Дегаром.

– Стой же ты!

Он застыл, обернулся с непроницаемым выражением лица. Было непривычно видеть, как знакомые с детства черты складываются в отстраненную и суровую маску.

– Надо идти.

– Знаю, что надо! – огрызнулась Эви. – Но куда? Мы ведь не можем прятаться в лесу всю жизнь!

– В Грон. Во дворец. За сапфиром.

– В Грон? Ну да, ну да, конечно! Ты видел себя со стороны? Свои жуткие глазищи! А лицо у тебя такое, будто тебя ужалила сон-муха, отчего у тебя мышцы омертвели. Ты ведь как кукла. Призрак, натянувший на себя чужое тело!

Дегар наклонил голову, точно прислушивался к ощущениям внутри себя. Потрогал щеки, оттянул пальцами уголки губ, оскаливая их в жуткой улыбке. У Эви от этого зрелища пробежал мороз по коже.

– Плохо, – признал демон. – Станешь меня учить, пока идем. А глаза спрячешь под мороком. Сможешь?

– Я-то все смогу. А вот в тебе не уверена.

– Я быстро учусь.

Дегар Тэшш кивнул, ставя точку в разговоре, и пошел вперед, раздвигая ветви широкими плечами. Эви старалась не отставать, хотя ныла поясница: растянула, пока тряслась на спине демона.

Она шла и чувствовала себя одинокой и несчастной. Райли сейчас где-то очень далеко, и неизвестно, вернется ли, а рядом опасное, незнакомое существо из другого мира.

Эви плохо знала психологию демонов и как устроено их общество. В Академии был спецкурс, основанный на тех скудных знаниях, которые удалось добыть: мало кому из магов удавалось проникнуть в Ашхатар, а вернуться посчастливилось и вовсе не многим. Эвелина терпеть не могла краснорожих лягух, поэтому на спецкурс не записалась и теперь об этом жалела.

О многом жалела. О том, как глупо они попались разбойникам и остались без вещей и без денег. О том, что, несмотря на совет отца, ночевали в трактире и угодили прямо в руки егермейстеров. О том, что золотая печать на дипломе мага на самом деле не готовила к настоящей жизни за пределами дворцовых стен. Райли едва не умер второй раз за дорогу… И все из-за нее.

Эвелина расплакалась. Слезы лились и лились. Их накопилось за эти дни целое море.