Укрощение строптивых (СИ)

—  Слушай, ты точно с Земли? — подозрительно на меня уставясь, воскликнула Глафира, затем оглядев с макушки до пят мою скромную персону, подвела итог: — да, точно, но откуда ты все наши государственные секреты знаешь? —  В ответ я пожала плечами.

—  Догадалась.

—  Ну а четвёртую он уже заводить не стал, — подозрительно глядя на меня, говорила Глафира, — вдарился в государственные дела, стал всякие там реформы проводить, придворных мучить. В конце концов, король сообщил, что все женщины – это зло и от них все беды. И как-то так получилось, что буквально за пару лет весь женский пол, оказавшись в немилости монарха, покинул замок.

—  А ты тут чего осталась?

—  Да как тут они без меня, — обведя кухню взглядом, устало проговорила Глафира.

—  Да, действительно, без чистой посуды-то никак, — подтвердила я.

— Истину глаголишь, хоть и землянка, — сказала Глафира, подняв указующий перст вверх.

Я задумалась, Глафира мне не мешала в этом деле. Мы молча загружали посудомойку. И тут я поняла, что картина этого мира немного не складывается в моей голове.

—  Послушай, Глафира, а чего ваш Адемир не найдёт свою истинную пару и не успокоится, то есть, не расслабится, — тут Глафира на меня так зыркнула, как я прямо, на нашкодивших студентов, — не женится на ней, — поправилась я.

Глафира долго обдумывала ответ, нахмурив брови, боясь, по всей видимости, раскрыть государственную тайну, потом она всё-таки «разродилась»:

—  Так это, его истинная пара на Земле живёт.

—  И в чём проблема? — удивилась я.

—  Как в чём? Безнравственная она особа, вот Адемир мучиться не стал и женился по политическим соображениям, укрепил, так сказать, дружеские связи с соседним государством.

—  А как же неземное притяжение, — я-то знала, что по всем законам жанра, у дракона и его истинной пары после встречи нет никакого выбора, их будет тянуть друг к другу, читала я как-то пару книжек фэнтези."

"—  Так, он не пошёл её искать, как только узнал, что девушка с Земли, так всё…., — Глафира многозначительно замолчала. А мне стало обидно за всех женщин планеты Земля.

—  А почему всё?

—  Вот дурёха мне попалась неразумная, говорю же, женщины на Земле безнравственные особы.

Ну вообще, Глафира – огонь.

—  С чего это вы взяли, что мы все безнравственные? —  я, если честно, начала заводиться, — Я, между прочим, учу молодых людей Родину любить и старших уважать.

—  Ну, ты молодец, что этому учишь, а вот ответь мне, красавица, мужчины у тебя были? — И Глафира уставилась мне в глаза.

И это меня спрашивает служанка короля, у которого было четыре любовницы, причём чуть ли не одновременно. Мне захотелось утереть ей нос.

—  Ни одного. Старая дева я.

Посудомойка громко заурчала, как бы подтверждая мою правоту.