Управдом

Плюс еще один подозреваемый. Одна.

— Вы, товарищи, надеюсь, понимаете, что дело может стать политическим, — строго посмотрел на всех Якушин. — Если сегодня рабочие не получат зарплату, а они ее не получат, то могут начаться волнения, а там и до контрреволюционных лозунгов недалеко. Отделение ГПУ уезда может ввести войска, но только в самом крайнем случае, не та сейчас обстановка. Руководство считает, что волнений допустить нельзя, срочно изыскиваются резервы для хотя бы частичной выплаты зарплаты рабочим, и профсоюзы работают с неспокойными элементами.

— Рабочих тоже можно понять, — мрачно сказал Гирин. — У них семьи, дети малые, от получки до получки живут, и то если повезет.

— Считайте, что я это не слышал, товарищ Гирин, вашей работе еще будет дана оценка. Деньги надо найти и Бондаря с сообщниками тоже. Докладывать будете лично мне, ну а у товарища Мальцева свое начальство, и от него получено добро, что ход следствия вы трое будете друг с другом координировать, не перекладывайте ответственность друг на друга. Возражений нет? Если нужна будет помощь Центрального управления, обращайтесь сразу же. Но по возможности обходитесь своими силами, сейчас, товарищи, по всей губернии бандиты активизировались. Молодое советское государство рабочих и крестьян поручило вам ответственную работу, и вы это доверие должны оправдать.

Якушев поднялся и быстро вышел из кабинета. В окне было видно, как он залез в распахнутую сопровождающим дверь черного автомобиля.

— Вот такие дела, товарищи, — подытожил состоявшийся разговор Гирин. — И что теперь делать? Саша, что скажешь?

Карецкий поморщился. К болям в легких прибавились спазмы в голове, и он пытался кое-как держаться, но удавалось не очень.

— Деньги не найти, — прямо сказал он. — Если этот Бондарь сбежал, прихватив восемь-десять тысяч, точно не будет здесь отсиживаться: или в столицу подастся, или заляжет на дно. А вот Чухонина, а точнее говоря, тех, с кем он мог сговориться, мы попробуем отследить, потому что не мог он сам на такое дело пойти, явно и наводка была, и с охранником его свели. Там пацанов двоих поймали, которые на стреме стояли, так ты, Пал Евсеич, уж надави на них.

— На пацанов? — Мальцев скептически усмехнулся. — Чем я им пригрожу, из школы выгонят? Или мамка есть не даст? Так ведь не ходят, и с едой, сами знаете, у многих не очень. Бить я их не могу, несовершеннолетние, а тюрьма для них куда лучше, чем то, что некоторые дома видят. Не пронять ничем, говорят, получили по двадцать рублей от грузчика склада Лопатина за то, что свистнут, если милицию увидят или кого подозрительного. Ни Чухонина, ни этого Бондаря они в глаза не видели и знать не знают.