Уроки куртизанки

И мне казалось неправильным…

Она приоткрыла рот, но не успела ответить; он наклонился и прижался губами к ее губам в бесконечно нежном поцелуе, который разительно отличался от всех остальных. Медленно и уверенно он дарил ей наслаждение легчайшими движениями. Виктории захотелось раствориться в его объятиях. Она вцепилась в него. Мир поблек, остался лишь Джастин.

– Я хочу на этой постели только тебя, Виктория, – прошептал он и припал к ее шее. – Здесь должна быть ты.

Она отпрянула, взяла в ладони его колючие щеки и всмотрелась ему в глаза. То, что она увидела в их темной глубине, поразило ее.

Впервые он не играл с ней в игры. Если она ляжет с ним в эту постель, он возьмет совсем не так, как брал раньше, – возьмет как жену. Она станет ему женой не только на словах. Она станет …

Они смотрели друг на друга, и их прерывистые дыхания сливались в одно. Легкий стук в дверь помешал им.

– Милорд! – Из коридора раздался чеканный голос Креншо. – Вы у себя?

Джастин прикрыл глаза и выругался.

– Да, Креншо, в чем дело?

Наверное, что-то в голосе Джастина заставило дворецкого не открывать дверь.

– Прибыл отец леди Бэйбери. Он ожидает вас в Голубой комнате.

– Спасибо. – Джастин отпустил Викторию и отступил. Без его прикосновений стало холодно. – Мы должны идти к нему.

Она кивнула.

– Да, он не любит ждать.

Отворачиваясь, Виктория ощутила, как кровь приливает к щекам. Между ними что-то произошло, и она не знала, как теперь вести себя. Чувства, которых она никак не ожидала, застали ее врасплох и смутили. Ей нужно некоторое время, чтобы собраться с мыслями.

– Джастин, может быть, сначала мне стоит поговорить с ним один на один? Мы не виделись с…

Она оборвала сама себя, неуверенная, что нужно объяснять, как долго и почему они не общались.

Ей все еще не хватало смелости разрушить одну из оставшихся между ними стен.

Он сверлил ее взглядом.

– Ты хочешь поговорить с ним наедине?

Резкость его тона покоробила ее.

– Да, хотя бы несколько минут.

Он медленно кивнул:

– Ну, конечно же. Иди к нему.

Виктория, встревоженная его тоном, пристально смотрела ему в глаза, но выражение лица Джастина осталось непроницаемым для нее. Смятение никак не покидало ее – после разговора она не могла прийти в себя, не могла проанализировать, почему его губы сжаты, а поза стала внезапно такой напряженной.

Она вышла из комнаты и оставила его, чтобы встретиться с отцом.

Джастин мерил шагами спальню. Он сражался сам с собой.

Он не знал, зачем привел Викторию в свои покои и зачем признался ей, что ни одна другая женщина не ложилась в его постель. И больше всего его шокировало то, что он признал, что хочет, чтобы она делила с ним это ложе.