Уроки куртизанки

Со сдавленным вскриком она вывернулась из его объятий и оттолкнула его. К ее удивлению, он без возражений отступил. В тусклом лунном свете, который силился рассеять тьму в этом укромном уголке террасы, он смотрел на нее. Она знала, что за зрелище представляет собой: в спущенном платье, с грудью, все еще блестящей от его поцелуев, растрепанными волосами и опухшим ртом.

Она выглядит как шлюха. Как куртизанка, которой притворяется.

– Я не хочу тебя, – проговорила она, задыхаясь и лихорадочно оправляя платье.

Джастин улыбнулся. Виктория прокляла свою несдержанность – из-за этого ее слова звучали фальшиво до невозможности.

Джастин знал, что она искренне отзывалась на его ласки. Похоже, физическая связь, которая родилась в их первую брачную ночь, до сих пор существовала, хотя время и другие люди развели их.

– Правда? – промурлыкал Джастин и потянулся к темному локону, который выбился из ее шиньона. Она отпрянула от его движения, страшась этого деликатного, интимного жеста больше, чем его бешеного поцелуя.

– Да. И ты меня не хочешь по-настоящему. Ты просто не можешь смириться с тем, что кто-то еще желает обладать тем, что ты считаешь своей собственностью.

Что ж, Джастин, я не принадлежу тебе. Мое тело не принадлежит. А моя душа – и подавно. Единственное, чего я хочу, – это чтобы ты оставил меня в покое. – Она обогнула его и направилась в дом. Если бы он только дал ей уйти… – Ты умеешь это делать лучше всего.

– Рия! – позвал он.

Она не сделала и трех шагов от него. Виктория остановилась и медленно повернулась к нему:

– Что?

Он улыбнулся ей, не разжимая губ. И наваждение прошло окончательно. Возможно, для него оно вообще не существовало. Еще одно подтверждение тому, что ее муж совершенно не тот человек, каким кажется.

– Боюсь, я не могу просто позволить тебе уйти, чтобы ты наставила мне рога с первым кобелем, который тебе приглянется. У всякого мужчины есть гордость, знаешь ли.

Виктория разразилась невеселым смехом. Ах да! Его гордость. Его проклятая репутация. Вот что его на самом деле волнует! И глядя на него в полутьме пустой террасы, она точно поняла, что ей нужно сделать. Она впервые за этот вечер ощутила спокойствие. Она полностью владела собой.

– Что ты думаешь о моем поведении, Джастин, не имеет ровным счетом никакого значения, – мягко сказала она.

– Никакого значения? – Он нахмурил брови. – Да если бы я захотел, я бы запросто мог разоблачить тебя. Сообщить всем и каждому в этом зале, кто ты такая. Если бы они знали, что ты моя жена, к тебе бы никто близко не подошел. Не посмел бы.

Она скрестила руки на груди.

– Нет, Джастин. Ты этого не сделаешь.

Он с вызовом рассмеялся:

– Да? И почему же?

– Потому что это повредило бы тебе гораздо больше, чем мне.

Он наморщил лоб.

– Позволь-позволь.