Уроки куртизанки

Блаженство обернуло ее, как теплый кокон, утопило ее в сладостной неге, и она поплыла. Балансируя на грани развязки, она выгнулась, впилась ногтями в спину Джастина и выкрикнула его имя, а он поднимал ее все выше, вонзался в нее все глубже, а потом замер, изливая в нее свое семя.

Глава 6

Урок шестой

Наслаждение – самое страшное оружие

Виктория не знала, как долго они лежали, переплетенные, в объятиях друг друга. Могло пройти одно мгновение – мог целый час. Время будто остановилось. Ее тело вздрагивало и едва ли не сияло от удовольствия.

Их совокупление оказалось одновременно нежным и яростным.

Капитуляцией и битвой. Наверняка ясно одно: оно было совершенным и законченным. Лучше, чем все, что жило в ее воспоминаниях.

И все же Джастин – не тот человек, к которому можно привязаться. Как будто в доказательство этому, он с глухим стоном скатился с кровати и, не удостоив Викторию даже: взгляда, потянулся за брюками.

От этого движения ей на мгновение стало не по себе. Все как в прошлый раз. Жгучая страсть – и пустота. Он снова покидает ее, будто она на самом деле куртизанка, которую можно использовать и бросить.

Но на этот раз она не позволит себе сломаться. За годы, проведенные в разлуке с ним, она повзрослела, стала сильнее, стала собой. Она умело управляла огромным поместьем, и даже Джастину приходилось признать, что она справляется великолепно. У нее есть друзья и интересы, которые не имеют ничего общего с человеком, чьим запахом пропиталась ее кожа.

Нет, она уже не та, кем была в первую брачную ночь. Даже если Джастин остался тем же самым. Во всех смыслах.

Она подавила вздох и изобразила хитрую улыбку.

Снова играть…

– Вот видишь, я же говорила. Лучше всего ты умеешь сбегать.

Он даже не взглянул в ее сторону и только пробормотал:

– Что-то вроде того.

Губы Виктории едва заметно дрогнули. Его равнодушие задело ее. Неужели ему настолько безразлично то, что произошло? Виктория даже смутилась – учитывая, что лежала она абсолютно голой, это было естественно. Она едва удержалась, чтобы не натянуть на себя одеяло. Необходимо, чтобы Джастин верил, что она занимается с мужчинами любовью и не думает о последствиях. Стыдливость куртизанке не к лицу.

Теперь, после занятий любовью, его вожделение – или, по меньшей мере, его желание поставить на ней клеймо, чтобы она не забывала, кому принадлежит, – остынет. Слава Богу, ее собственная страсть тоже утолена.

Но, несмотря на это, пока Джастин собирал разбросанную по полу одежду, она как завороженная смотрела, как переливаются под смуглой кожей тугие мускулы.

Она тряхнула головой, чтобы отогнать наваждение.

– Очень хорошо, я рада, что мы все еще понимаем друг друга, – сказала она.