Уроки куртизанки

Он коснулся ее губ двумя пальцами.

– Тебе понравилось, как я целовал тебя?

Горячая кровь прилила к ее щекам. Виктория, смущенная, отвернулась. И медленно кивнула.

– А когда я трогал тебя? – Его рука накрыла одну из грудей. Джастин пальцем потеребил набухшую вершинку. – Вот здесь…

– Да, – простонала Виктория.

– Тогда не беспокойся о том, что будет дальше. Просто доверься мне.

Она заглянула в его глаза. Такие темные, даже не карие, а почти черные. Красивые глаза… но добрыми их никак не назовешь.

– Как я могу довериться тебе, если почти не знаю тебя? – пробормотала она.

Его улыбка поблекла.

– Вряд ли у нас есть выбор. Это должно произойти, и мы можем получить от этого удовольствие.

Он наклонился к ее груди. Сосок окутало теплое облачко дыхания. С каждым его прикосновением в ней росло и ширилось лихорадочное желание. Его губы снова сомкнулись вокруг ее соска, и она откинулась на подушки с бессильным вздохом.

Наслаждение нарастало, пульсировало между бедер. Джастин продолжал дразнить ее груди, а рука его в это время скользнула вниз, сначала к животу, потом – ниже…

Сквозь туман в голове ее сознания достигали лишь отзвуки новых ощущений.

– Джастин… – выдохнула она, распахнув глаза. Когда он касался ее вот так, там, глубокое томление в теле только усиливалось. Виктория боялась, что вот-вот потеряет над собой контроль.

– Тсс, просто почувствуй, – напомнил он и пощекотал дыханием у нее под грудью. Его пальцы тем временем медленно раздвинули влажные складочки, раскрывая ее плоть самым интимным образом.

Его уверенные руки ласкали ее, возбуждали, играли с ней, сводили с ума, а когда она почти потеряла сознание от наслаждения, он проник в нее пальцем, и Виктория издала громкий стон, который, казалось, эхом отозвался в ее теле.

Он нежно продвигался внутрь, деликатно массируя большим пальцем крохотное сплетение нервов, спрятанное между складками плоти. Блаженство нарастало с ослепляющей скоростью, волнами прокатываясь по ее телу, пока Виктория не сдалась. Ее спина выгнулась дугой. Она закричала, содрогаясь от наслаждения. Он безжалостно тянул ее по ступеням наивысшего счастья, пока она не ослабела на подушках.

Когда зрение Виктории прояснилось, она медленно перевела на него взгляд. Джастин смотрел на нее с непроницаемым лицом. Единственное, что можно было прочесть на нем, – страшный чувственный голод.

Он извлек палец из ее вздрагивающего тела, но оставил Викторию ненадолго: перекинул через нее длинную мускулистую ногу и накрыл ее тело своим – напряженным, жарким. Джастин сжал ее голову в ладонях и приник к ее губам. Виктория инстинктивно выгнулась ему навстречу и не стала возражать, когда он раздвинул ей бедра своими.