Уроки куртизанки

На секунду Джастину захотелось, чтобы она позволила себе расплакаться, доверила ему это более глубокое переживание. Но она этого не сделала. Она взяла себя в руки, прежде чем продолжить.

– Он превратился в человека, которого я не знала. Холодного, чужого. Я едва ли могу назвать его отцом. Нам больше не о чем говорить.

Ее лицо сделалось еще мрачнее. Он коснулся ее щеки – она вздрогнула. Джастин ожидал, что она отстранится, но вместо этого она прильнула к его ладони и мягко улыбнулась. Эта улыбка согрела его до глубины души. Он не стал задумываться, каким образом.

– А что насчет тебя? Я знаю, что ты и Калеб очень близки, и видела портреты твоих родных в Бэйбери, но слышала о них совсем мало – если не считать пьяного бреда отца, которому не всегда стоит верить.

Джастин глубоко вздохнул. Она пошла на откровенность, рассказала ему о своих болезненных отношениях с отцом. Он чувствовал, что остался в долгу. Может быть, есть способ рассказать ей о своем прошлом, не открывая всей правды?

– Я некогда был близок к ним, – признался он. – Теперь – нет.

Он замолчал. Говорил ли он кому-нибудь эти слова? Нет, вряд ли. Даже самые близкие его друзья знали о его разрыве с семьей крайне мало.

Но, глядя в глаза Виктории, он чувствовал, что мог бы исповедаться ей.

– А что случилось? – спросила она.

Он покачал головой:

– Мы… мы отдалились друг от друга.

Она придвинулась ближе.

– А почему?

И снова он вгляделся в ее лицо. Если бы он знал, что у нее на сердце, возможно, он рассказал бы ей все, наконец-то разделил с кем-то бремя своей тайны. Но как бы ни хотелось ему поддаться минутной слабости, он не мог этого сделать. Этот зудящий вопрос, не дающее покоя сомнение никогда не оставляли его.

Знала ли она о шантаже отца?

И пока он не выяснит этого, пока не удостоверится; что она не перескажет все отцу, который сможет любые сведения использовать против него, откровенность исключена.

Он молчал слишком долго. Виктория качнула головой:"

"– Если тебе трудно об этом говорить, не надо. Я не собиралась силой вытягивать из тебя доверительные признания.

Джастин подался назад. Если Виктория и играет, то она удивительно талантлива и терпелива.

– У меня есть еще вопрос, – сказала она. – Он не касается твоей семьи.

Джастин – кивнул.

На любую другую тему он сможет говорить с ней честно.

– Мне всегда хотелось узнать… – Она замолчала, яркий румянец окрасил ее щеки. Она попыталась отвернуться, но Джастин взял ее за подбородок и удержал на месте.

– Спрашивай, Виктория.

Она с трудом проглотила ком в горле.

– Почему ты женился на мне?

Джастин отпустил ее, и Виктория отвернулась, но он ощущал ее напряжение. Она ждала его реакции.

Поклявшись себе ничем не выдать своих чувств, он прочистил горло и сказал:

– Мы уже говорили об этом.