Условия контракта (СИ)

Я вспоминаю слова Хосе (мой друг-фотограф с школы искусств) о часе фотографов… и парю в этом волшебном свете вместе с Кристианом.

Сейчас я могу думать только о полете. Уши закладывает, мы набираем высоту, все выше поднимаясь над землей. Наверху стоит тишина. Кажется, я начинаю понимать Кристиана. Парить в высоте, подальше от неумолкающего «блэкберри» и повседневных забот.

Радио просыпается к жизни, Марк сообщает, что мы достигли высоты в три тысячи футов. Ничего себе! Я опускаю глаза — под нами пустота.

— Отпускай, — говорит Кристиан по радио, и внезапно самолет пропадает из виду, а ощущение, что нас тянут вперед, исчезает. Мы парим над Сиэтлом в свободном полете.

О черт — это восхитительно! Повинуясь порывам ветра, планер медленно теряет высоту, тихо скользя по воздуху. Икар, теперь я поняла! Я лечу прямо к солнцу, но со мной Кристиан, он ведет и направляет меня, и мы кружим и кружим.

-Держись крепче! — Кричит Кристиан, и мы снова ныряем. Неожиданно я оказываюсь вниз головой, глядя на землю сквозь прозрачную крышу кабины.

С громким визгом я упираюсь руками в приборную панель и слышу смех Кристиана. Вот негодяй! Но его веселье так заразительно, что, когда он выравнивает планер, я смеюсь вместе с ним.

-Я собираюсь повторить.

Он снова переворачивает планер, но теперь я начеку. Я вишу на ремнях вниз головой, глупо хихикая. Кристиан возвращает планер в исходное положение.

-Ну как? — Кричит он.

-С ума сойти!

Мы падаем вниз в лучах дневного солнца, слушая ветер и молчание. Можно ли желать большего?

— Видишь перед собой рычаг? — Кричит Кристиан."

"Я смотрю на штуковину, которая слегка покачивается у меня между ног. О нет, что он задумал?

— Возьмись за него.- Вот дьявол! Он хочет, чтобы я управляла планером? Ни за что!

-Давай же, Анастейша! — В сердцах восклицает Кристиан.

Я с опаской берусь за рычаг и чувствую качание лопастей, или что там держит эту штуковину в воздухе.

Крепче держи… ровнее. Видишь циферблат? Следи, чтобы стрелка стояла ровно посередине. Сердце выпрыгивает у меня из груди. Вот черт! Я управляю планером… я лечу!

— Умница! — Одобряет мой маневр Кристиан.

-Теперь я.

Рычаг дергается, я отпускаю его, планер падает еще на несколько футов, уши снова закладывает. Земля все ближе. Мне кажется, мы вот-вот в нее врежемся. О нет!

— Брансвик, это Би-Джи-Эн Пи-З-Эй, захожу слева по ветру на седьмую полосу, Брансвик, прием.

Башня отвечает, но из-за треска я не могу разобрать слов. Закладывая широкие круги, мы медленно опускаемся. Я вижу аэродром, взлетно-посадочные полосы, мы снова перелетаем шоссе.

-Держись, детка, сейчас будет трясти.

Последний круг, сильный короткий толчок, и мы стремительно несемся по траве, клацая зубами от тряски. Наконец планер останавливается и, качнувшись, заваливается на правый бок.