Узы крови

Макс ступил на песок пляжа, присел на выступ большого камня, закрыл глаза и снова глубоко задумался, отыскивая в уме ранее не замеченные детали, отбрасывая ненужное, расчленяя и вновь соединяя разрозненные детали картинки.

Двадцать минут спустя все встало на свои места. Глаза Макса широко раскрылись, и он в восхищении подумал: «Здорово! Вот это умница! Я должен непременно встретиться с этим человеком».

После этого инспектор Макс Хорнунг посетил еще два места: одно неподалеку от Олбии, другое в горах – и в полдень того же дня самолетом вернулся в Цюрих.

На самом дешевом месте в третьем классе.

Глава 37

Начальник охраны «Роффа и сыновей» сказал, обращаясь к Элизабет:

– Все произошло слишком быстро, мисс Рофф. Мы ничего не успели сделать. Полыхнуло так, что, когда прибыли пожарные, лаборатория уже полностью выгорела.

В лаборатории удалось обнаружить только обугленные останки Эмиля Джипли. Его записи были либо похищены из лаборатории до взрыва, либо сгорели вместе с ним.

– Исследовательский корпус находился под круглосуточной охраной, не так ли? – спросила Элизабет.

– Да, мэм. Мы...

– Как давно вы исполняете должность начальника отдела безопасности?

– Пять лет. Я...

– Вы уволены.

Он попытался было протестовать, потом передумал:

– Да, мэм.

– Сколько людей работает под вашим началом?

– Шестьдесят пять.

Шестьдесят пять! А не смогли уберечь одного.

– Официально вас уведомляю: в течение двадцати четырех часов все они должны получить расчет, – сказала Элизабет, – все до одного.

Он вопросительно посмотрел на нее:

– Мне кажется, вы несправедливы.

Она подумала об Эмиле Джипли, о его навсегда потерянной бесценной формуле, о подслушивающем устройстве у себя в кабинете, которое она случайно обнаружила и раздавила, как клопа, каблуком.

– Убирайтесь отсюда, – сказала Элизабет."

"Чтобы вытеснить из головы образ обугленных останков Эмиля Джипли и сгоревших вместе с лабораторией его подопытных зверьков, она старалась до максимума заполнить деятельностью каждую минуту того злополучного утра. Одновременно гнала от себя мысль о колоссальных убытках, понесенных концерном из-за утери формулы. Не было никаких гарантий, что формула не всплывет и не будет запатентована какой-нибудь из конкурирующих фирм, и Элизабет ничего не сможет с этим поделать. Джунгли есть джунгли. Стоит твоему конкуренту почувствовать, что ты слабее, как он уже рвется тебя добивать. Но здесь замешан не конкурент, а друг. Смертельный друг.

Элизабет настояла, чтобы охрану передоверили профессиональной полиции. В окружении незнакомых лиц она будет себя чувствовать в большей безопасности.

Затем позвонила в «Опиталь интернасиональ» в Брюсселе, чтобы выяснить, как себя чувствует мадам ван ден Лог, жена бельгийского министра.