Узы ненависти

— Идиота кусок, — беззлобно подытожил Жорик и продолжил готовить сосиски и овощи на электрогриле.

Перевернула блинчик и заглянула в вазочку с конфетами. Взяла одну из них — барбариску. Развернула фантик и отправила сладость в рот, с блаженством ощутив вкус беззаботного детства, шумных игр, походов в лес и парк аттракционов с родителями и братом.

Но сейчас все это давно позади и я имею то, что имею — ничего. У меня отняли чувство собственного достоинство, право на свободу и выбор. И всё это отдавало горьким привкусом безысходности, который не перебьёшь барбариской.

Отложила готовый блин на тарелку, залила новый и вскрикнула от того, что кто-то достаточно наглый отклонил меня назад, словно мы танцуем танго.

Арчи. Кто же ещё может себе позволить подобную, не спрашивая и не ставя в известность?

Мужчина обрушился на мои губы, словно ураган — внезапно, порывисто. Напористо проник языком, заставляя поддаться и открыться его силе.

От него пахло потом, кожа, привычно обнаженного торса, была влажной и горячей. На шее полотенце, свидетельствующее о том, что он прямиком из своего личного спортзала.

Прикусив напоследок нижнюю губу, вернул меня в вертикальное положение и самодовольно улыбнулся:

— Доброе утро, — зажал между зубами конфетку, которая буквально несколько секунд назад была в моём рту. — Сладкая.

Сделала вид, что ровным счетом ничего не произошло и вернула внимание сковородке, на которой жарился уже обугленный блин.

— Завтрак через двадцать минут, — бросил Арчи повару и, судя по шагам, вышел из кухни.

Обернулась, чтобы убедиться в его отсутствии и наткнулась на ошарашенный взгляд Жорика, который понял, что ничего не понял.

В ответ лишь равнодушно пожала плечами, будто ничего особенного не произошло, и вернулась к многострадальной выпечке.

Ближе к обеду, когда разговоры и движения внутри особняка поутихли, а Арчи покинул его стены ещё утором, я решила немного прогуляться по территории. Хотелось подышать свежим воздухом после нескольких дней непрерывных дождей.

Впрочем, и сейчас погода не была располагающей для прогулок. Порывы холодного ветра то и дело забирались под вязаный кардиган, заставляя кожу покрываться крупными мурашками.

Но мне нравилась пасмурность весеннего неба и шум тайги, создаваемый потоками неуемного ветра. Словно совсем рядом был бушующий океан, накрывающий берег разрушительными волнами.

Не спеша обошла особняк и решила остановиться у дерева, на котором висели качели. Перевернула дощечку сухой стороной вверх, села и начала плавно раскачиваться, не замечая прохлады и одиночества.